Эпоха Опустошителя. Том III

— Ты вернулся…

* * *На удивление пробуждение было спокойным и приятным. Чересчур спокойным и приятным. А чувствовал я себя более чем одухотворённо и расслабленно. Лишь одно слегка озадачивало. Уютная тяжесть, что покоилась у меня на груди и которая мерно сопела. Впрочем, не успел я разлепить веки, чтобы удостовериться в необратимом, как в голове промелькнуло всё, что свершилось ранее. От осознания случившегося, челюсти невольно сжались и разжались, потому как произошедшее являлось запредельно запутанным.

Тем не менее я просто обязан был умереть, но Фьётра совершила нечто неизвестное.

Руна…

' А? Что⁈ — внезапно встрепенулась взволнованно девушка, а затем в прямом смысле завизжала от радости. — РАНКАР! ТЫ ЗДЕСЬ! ТЫ ЖИВОЙ!!!

Тише, не кричи… — попытался я утихомирить спату, но её уже было не остановить.

« Ты хоть понимаешь, как меня напугал⁈ Я считала, что потеряла тебя! — затараторила с тревогой в голосе девица. — Я испугалась… Я думала… Думала…»

Расслабься, малышка. Я жив. Прости, что напугал.

«Ты… ты практически умер, – вдруг шмыгнула она носом.

Что сделала Фьётра?

«Не знаю. Но нечто необычное. Тебе лучше спросить у неё. Ранка-а-а-а-р… – внезапно завыла маленьким волчонком Альяна. — Не пугай меня так больше… Я знаю, что выбора не было, но я… я не хочу оставаться одна. Я не хочу… вновь попасть под забвение».

Такого больше не повторится, — как можно нежнее отозвался я.

«Обещаешь?» — с надеждой пролепетала Руна.

Сделаю всё, что в моих силах. А теперь отдохни. Ты хорошо постаралась в схватке с Августом.

Веки мои невольно раскрылись, когда спата немного успокоилась, а взору моментально открылась более чем возбуждающая и чарующая картина. Я хоть и видел Фьётру в неглиже, но то, что происходило ныне заставило сердце биться чаще."

"Судя по всему, мы оба лежали на матрасе, что был набит сеном или же соломой, а непомерно длинные серебристые волосы валькирии разметало по старой деревянной постели.

Причем судя по бледному личику, та была страшно истощена. Одному Ярвиру известно, что произошло, но одно я могу сказать наверняка. Она спасла меня. И вероятнее всего принесла в жертву самое ценное для валькирии. Своё целомудрие.

Я не хотел этого. Абсолютно.