Эпоха мертвых. Москва

Стрелок я неплохой, но не снайпер, эта дистанция стрельбы для меня почти предельная. Недостаточно практики. Жаль, что до Катастрофы я так называемым «варминтом» не занялся, сейчас мог бы за снайпера выступать. Леху бы сюда, черт возьми.

Неожиданно всерьез рванула БМП, не хуже танка. А что удивительного, впрочем? Это же не «двойка» с ее тридцати миллиметровой пушкой, в «копейке» калибр серьезный, даром что орудие низкоскоростное. Каждый снаряд мощью как у «тридцатьчетверки», и у тех тоже при взрыве боекомплекта башни отлетали.

К треску ПКТ с «бардака» снова присоединился КПВТ. Поменяли коробку, значит, следующие пятьдесят тяжелых патронов готовы ударит по деревне. А деревенские то, кстати, разбежались, отсюда хорошо видно, как люди прячутся за домами и сараями, стараясь убраться подальше от места боя.

КПВТ на такой дистанции боя вещь смертоубийственная и сокрушительная. Из башенной установки можно в спичечный коробок попасть без проблем, знай крути ручки наводки и лови все в крестик. А уж о пробивной способности пуль я теперь умолчу, и так достаточно сказал. Они через все насквозь пролетают, как лом через сугроб.

Очередь из наших башенных пулеметов настигла группку «эсэсовцев», спешно грузившихся в свой «Водник». Пулеметы с них до сих пор молчали, кстати.

Очередь КПВТ прошибла корпус одного из вездеходов с такой силой, что тот закачался на рессорах, а из бронированного кузова фонтанами вышибло искры, как от электросварки. Три фигуры в черном повалились на траву, забрызгав кровью борт своей машины, а остальные бросились наутек.

Второй «Водник» ловко прикрылся корпусом горящей БМП, благо, взрыв уже был и опасаться его теперь не следовало, а уцелевшие «эсэсовцы» перебежками начали подтягиваться к машине."

"Я начал вылавливать в прицел отстреливавшихся бандитов, которые еще не заимели полезную привычку постоянно менять позицию. Такое с их стороны упущение по службе позволяло мне пристреливаться к каждому, и примерно с трех или четырех выстрелов гарантировано поражать.