Эпоха мертвых. Москва

– Терпимо. – послышалось в наушнике. – Но если война пойдет, то они меня отсюда в момент сшибут, даже из автоматов.

– Это понятно. Попытаемся без войны. – вздохнул я. – Пошли, друг Вася, пообщаемся с людьми.

Мы быстро переместились к дороге, откинули очки и маски, отошли друг от друга на несколько шагов, чтобы под одну очередь не попасть, и направились в сторону стоящих на опушке машин. По мере приближения мы почувствовали запах паленой тряпки. Нас заметили не сразу, не зря же тряпкой пахло, все были увлечены разговором, да и наши «лешие» сливались с окружающим пейзажем.

Когда мы подошли метров уже на тридцать, я помахал рукой, и это движение привлекло внимание. Компания на дороге замолчала и раздалась в стороны, образуя полукруг. Двое отбежали к «Уралу» с «зушкой», но подниматься в кузов не стали. Вперед выступила девица в лифчике, а с ней «Чикатило», вставший чуть сзади и левее ее. Замполит, что ли?

– Мир вам. – поприветствовал я девицу.

Карабин миролюбиво висел у меня за плечом, стволом вниз, руки сложены на груди, зажатая подрывная машинка в глаза не бросается.

– И вам мир. – ответила девица.

Голос приятный, кстати, глубокий. Глаза спокойные, даже безмятежные. Такие у людей под сильным кайфом бывают, прямо в астрал поглядывают. «Чикатило» смотрит в упор, глаза неправдоподобно увеличены за толстыми стеклами очков. Как он то сюда затесался? Остальные девице соответствуют, но этот…

– Вы откуда взялись и что хотите? – так же безмятежно спросила девица.

– Мы мимо едем. – улыбнулся я.

– И что?

– Зашли поздороваться, убедиться, что дальше проедем.

Взгляд стал еще безмятежней.

– Много вас, проезжих?

– Четыре машины.

– У них одна была. – она показала в сторону висящих тел, одно из которых дергалось.

– И что?"

"– Отдавать не хотели. Пойдем, покажу тебе кое-что.

Она протянула вперед руку с длинными, покрашенными черным лаком ногтями, пытаясь схватить меня за рукав. Я чуть отодвинулся.

– Смотреть смотри, руками не трогай.

– Ты поговори еще. – пробасил здоровый в городском камуфляже и с РПК.

Толпа чуть придвинулась, но открытой агрессии не проявляли. Им скорее было скучно, но они не могли пока понять, кто мы и что мы.

– Ребята, чтобы мы сразу определили позиции. Вот это… – я показал правую ладонь. – … немного переделанная подрывная машинка «пэ-эм четыре». Работает теперь не на нажатие, а на разжатие. Сейчас я удерживаю кнопку, как вы видите.

Я покрутил ладонью перед собой.