Та, что подарила жизнь

– Мам… я же знаю, что это дядя Богдан меня похитил, – шепотом призналась она однажды вечером.

Иногда дети видят и замечают куда больше, чем произносят вслух.

У Сивакова сильно пострадало лицо, кто-то говорил, что зверь напал, кто-то выдвигал версию, что он сам был неосторожен. Труп опознали с трудом. Хоронили в закрытом гробу. Вера отказалась пойти на похороны. Иногда необходимо вовремя ставить точку.

Посидев ещё немного с дочерью, Вера прошла к себе. Скинула туфли, поиграла пальчиками. Вот оно, женское счастье! Улыбнувшись собственным мыслям, Вера прошла в ванную, посмотрев на часы.

Тарасу уже пора возвращаться. Хорошо, что он предупредил, что может задержаться. Она всегда волновалась. Вера смыла косметику, расчесалась. Включила в душе воду, настроила её и ступила на кафель.

С минуту Вера постояла под теплой водой, когда спины коснулся легкий холодок. Кожу мгновенно закололо от предчувствия. Легкое шуршание за спиной сообщило, что кабину снова закрыли.

– Попалась, – руки Тараса легли ей на талию.

– Я плохо пряталась?

– Просто я всегда знаю, где тебя искать.

Его губы коснулись её плеча, ощутимо покусывая. Значит, адреналин ещё продолжал плескаться в его крови.

– Как сыграли?

– Ничья.

– Но ты недоволен.

– Не-а.

Тарас спустился ниже, коснулся лопатки, снова немного прикусив. Вера откликнулась, подавшись ягодицами назад, и едва ли не замурчала от удовольствия, ощутив возбуждение мужа.

Его руки огладили талию, живот, добрались до груди и снова сжали, смяли. Вера ахнула. Груди в последние дни стали очень чувствительными, особенно соски. Стоило до них дотронуться, чуть-чуть потеребить, и возбуждение простреливало по телу. Раньше Вера за собой такого не замечала.

– Жаждешь выпустить пар? – выдохнула Вера, прикусывая губы и от нетерпения потираясь бедрами о ноги Тараса. Разница в росте иногда сказывалась не в её сторону. Если бы не мокрая плитка, Вера встала бы на носочки и потерлась бы о пах мужа.

– Не то слово, маленькая. Злой, как черт.

– В следующий раз победите.

– Месяц ждать!

Его рука оставила грудь в покое и направилась на поясницу. Распласталась, вынуждая Веру прогнуться.