Эльфийский гамбит. Книга 1

Пока я одевалась, Лили говорила, не умолкая.

По ее словам, люди не верили в мое излечение. Леди Гориза пустила слух о том, что Флайдин меня отравил, приревновав к ее сыну Вайриану, но потом, осознав, что за убийство жены его четвертуют, дал противоядие. Существовали и менее фантастические предположения. Например, многие считали, что к покушению причастны те страны, которым союз Бизарии и дроу стоит поперек горла.

Историю о том, как Флайдин распугал стражников и слуг, а потом варил на кухне противоядие, слушать было безумно приятно.

Не успела я выйти из спальни, как меня окружили подруги. Им тоже пришлось рассказать о потере памяти, девочки обещали поддерживать меня и прикрывать от ненужных расспросов.

На торжественном обеде меня демонстрировали придворным и послам. Наверное, каждый считал своим долгом после приема пищи подойти и высказать свое почтение, заодно убедиться, что это действительно я, а не наведенная иллюзия.

Как ни странно, но, судя по чувствам, больше всего мое выздоровление удивило дроу. Темные эльфы знали, что после «Голубой смерти» практически не выживают. Для них мое выздоровление выглядело чудом, благословлением Ллос. По их мнению, если паучья богиня не забрала меня за грань, значит, одобряет решение великой матери сойтись с наземниками, а так же показывает, что я ей угодна.

Вечером, когда мы с Флайдином и подругами прогуливались в парке, к незаметной калитке в саду подъехала серая тюремная карета без окон. Из нее вытащили низенького всклокоченного мужчину. Одет он был, как небогатый аристократ. Мужчина сразу начал возмущенно орать:

— Как вы смеете?! До чего мы докатились: королевские ищейки хватают добропорядочных граждан! Произвол!

М-да, видимо, это и есть господин Гдурз. Один из стражников попытался успокоить орущего мужика затрещиной, но тот увернулся и продолжил верещать:

— Уберите руки! Вам просто надо найти того, на кого можно свалить вину! Меня подставили! Я невиновен! Продажные тва… ик!

Флайдин, который только что стоял возле меня, оказался рядом с человеком и начал что-то тихо говорить.