Элемента.T

Если ты читаешь это письмо, то в том будущем, что нас ждёт, ты тоже погибла. Я вернулся, чтобы это изменить.

Каким бы ужасным тебе не показалось то, что я сейчас написал, знай, что будущее, которое нас ждёт, если мы совершим хоть одну ошибку, ещё ужаснее. Поэтому, умоляю тебя, не позволяй Эмме ехать в Сосновку до того, как умрёт Кэкэчен.

Люблю тебя и всегда буду любить.

Твой Дэн Майер»

Это было похоже на дурную шутку. Ева перечитала это письмо ещё раз и ещё раз. И когда вышла, наконец, из ступора, в котором никак не могла осознать происходящее, руки её тряслись.

Длинные гудки, бесконечно длинные и невозможно громкие, но Эмма не брала трубку. Она же была у меня всего несколько минут назад! Ева машинально посмотрела на часы: она понятия не имела, сколько времени прошло с их недавнего разговора.

— Внимательно! — ответила Эмма явно с полным ртом.

— Господи, Эмма! Слава богу, что ты ещё не уехала! — Евин голос дрожал и срывался.

— Куда не уехала? — недоумевала на другом конце провода Эмма

— В деревню. Пожалуйста, не едь туда!

— Да куда не ехать-то?

— В Сосновку!

— Ева, с тобой всё в порядке? Ты вроде просила, чтобы не ехал Феликс.

— Да, но ты тоже не должна ехать. Пока.

— Почему?

— По кочану! — Ева теряла терпение. — Если я говорю не ехать, значит, не ехать. По крайней мере, сейчас точно ехать нельзя.

— Тебе опять приснилось?

— Да, считай, что приснилось.

— Слушай, ну, ладно, Феликс. Он там никого не знает, ему по барабану. Но я не могу не поехать. Я должна попрощаться. Да ты же сама…

— Эмма, если ты мне не веришь, приходи, посмотри сама, — перебила её Ева.

— Ладно, — ответила Эмма и отключилась.

Эмма, Арсений, Изабелла, Феликс, Дэн и сама Ева все по очереди рассматривали пустой лист из конверта. И Ева чувствовала себя полной дурой. Но при этом счастливой дурой. Текст исчез. Она понятия не имела, когда он появился, но в тот момент, когда в комнату к ней ворвались Эмма с Арсением, его уже не было.

"Когда все собрались, разглядывая лист и ожидая объяснений, Ева мучительно выбирала между тем, чтобы сказать правду или умолчать все эти ужасные подробности, описанные ей Дэном. И всё же промолчала.