Экзорцист: Проклятый металл. Жнец. Мор. Осквернитель

Так что фраза «на полуночи неспокойно» обычно означала всего лишь, что Норвейм и Ланс в очередной раз начали обмениваться по этому поводу дипломатическими депешами и демонстративно стягивать к границе войска.

– И это тоже, – кивнул Пратт. – Да только в Лансе совсем уж непонятные дела творятся. Слышал небось уже, что странной смертью Эдвард Первый помер?

– Ну.

– Баранки гну! Сынок его еретиков привечать стал. Об открытии миссий ордена Изгоняющих и слышать не хочет.

– Логично, – фыркнул я.

– А то, что бесноватых там теперь королевские шпики куда-то увозят, тоже логично? Армия как на дрожжах растет, а в некоторых гарнизонах и вовсе заклинатели бесов появились!

– Это как?

– А вот так! – свысока глянул на меня Джек. – Посмотрит такой заклинатель в глаза солдату, и тот делает все, что он прикажет.

– А! Понял, – хохотнул я. – У нас их сержантами называют."

"– Дубина! – выругался рыжий, и едва не слетел со скамьи, когда колесо фургона попало в какую-то выбоину.

– Туда им и дорога.

– А если он нашими солдатами командовать начнет? Или того хуже – не солдатами?

– Вот оно как… – Теперь-то стало понятно, почему к моему рассказу серьезно отнеслись. Тот бесноватый в Сарине и не такие штуки умел…

– Вот так, – многозначительно кивнул Пратт. – Говорят, в том месяце чуть ли не во дворце такого задержали.

– То есть все серьезно?

– Серьезней некуда…

IVКогда фургон подъехал к центральному комплексу зданий «Ржавой кирки», уже начало вечереть.

Попасть на территорию тюрьмы оказалось весьма непросто. И даже наши патенты и угрозы взбешенного задержкой Пратта далеко не сразу заставили караульных распахнуть ворота.

В итоге мы битый час валяли дурака под проливным дождем. И настроение наше от этого вовсе не улучшилось.