Экспедиционный корпус

Кто-то невесело хохотнул, другие криво усмехнулись.

— Я повешу гитару на стену, ладно?

И прежде чем кто-либо что-то успел сказать, Климов подошел к стене и повесил чехол на штырь, на котором раньше судя по всему висела картина. Получилось весьма высоко. На то, что Михаил резко в последний момент дернул рукой и что-то щелкнуло никто не обратил внимание.

Повесив чехол, Климов со страдальческим выражением лица быстрым шагом покинул зал, мысленно ведя обратный отсчет, молясь, чтобы сработало, ведь взрывчатку ему пришлось делать самостоятельно, ведь для гарантии требовалось, что-то помощнее черного пороха.

Выбегая из зала, достал по гранате из карманов шинели и выдернув кольца бросил их на пол в приемной, где расположились младшие офицеры и унтеры выполнявшие роль помощников и посыльных, и выскочил дальше.

Штабные впали в ступор от гранат на полу. Кто-то что-то закричал невнятное, бросился на выход, но было уже поздно.

Первыми взорвались гранаты в приемной.

А потом…

Ба-бах!!!

Кажется, вся башня содрогнулась от прозвучавшего мощного взрыва в зале.

Из бойниц-окон вырвались клубы дыма и пыли.

К счастью, купить нужные ингредиенты не составило большого труда в аптеках. Чего уж говорить, если тот же гексоген продавался как лекарственное средство…

Климов вернулся в приемную. Несколько человек еще было живо, лишь оглушены.

Захлопал револьвер и все, кто еще подавал признаки жизни замерли неподвижно на залитом кровью полу.

Заглянул в зал.

Там застыло натуральное кровавое месиво.

Больше полусотни человек перемололо в фарш. Сразу стало ясно, что контроль никому не требуется, шрапнель достала всех и каждого. Да и само фугасное действие взрывчатки оценивающийся Михаилом минимум три килограмма в тротиловом эквиваленте наделало делов само по себе, да еще в замкнутом пространстве. Но он все-таки проверил тех, что сидели у окон, дальше всех от эпицентра, кто теоретически мог уцелеть. Но нет, действительно все оказались убиты, чудес не случилось.

И только поглядев на дело рук своих, Климов словно очнулся.

С него словно сошел какой-то морок и, он осознал, что все это время действовал будто на автомате, с какой-то сомнамбулической отстранённостью, как по заложенной программе.

«Собственно так оно и было, — мелькнуло у него в голове. — Не зря же тогда вернулся в лагерь Майльи пытаясь уехать прочь из Франции. Вот и сейчас сработала одна из программ. Так же я видимо должен был поступить по задумке моих программистов в зоне СВО.