Эксклюзивный грех

Может, если он поймет, он сумеет сыграть в свою игру? Или однажды просто намекнет хозяину: я, мол, знаю, что к чему. И благодаря этому увеличит сумму? Получит больше денег.

Да, больше денег… Или – пулю в затылок. Как было заведено в условиях связи, он остановил машину у случайного, неприкаянного автомата на обочине. Вышел из авто, зашел в будку. Вставил карту, набрал номер. Сегодня он должен был звонить по мобильному номеру. Значит, можно говорить подробнее. Он был уверен, что тот сотовый, номер которого он сейчас набирал, – абсолютно левый.

– Привет, – сказал он в трубку.

– Добрый день, – ответили ему. Имен все равно, конечно, никто не называл. – Бабуля улетела.

– Ты о второй ?

– Да.

– Это хорошо.

Дима. То же самое времяСреди общих знакомых мамы и тети Раи, в пересекающемся множестве, оказалось восемь фамилий.

Дима со списком в руках встал с дивана. Пошел на кухню. Взял сигареты и телефон (с некоторых пор он всегда клал трубку домашнего радиотелефона на “базу”) . По пути вглядывался в список. Среди тех пяти общих знакомых мамы и ее верной медсестры Раечки, что проживали в Москве, он лично знал троих. Эти трое присутствовали на поминках по маме. Одна – мамина двоюродная сестра.

""Вот с них мы и начнем. Может, кто-то из них видел что-то. Или что-то слышал. Или что-то знает – да сам значения тому не придает”.

Зазвонил мобильный телефон.

Дима догадывался, что означает этот звонок. Сегодня утром, когда он звонил в Склиф, знакомые врачи ясно дали ему понять: тетя Рая – безнадежна. Вопрос ее смерти – это вопрос дней или даже часов. Естественно, он не сказал об этом Наде.

Дима не взял трубку. Сейчас у него не было ни времени, ни сил, ни желания утешать малознакомую, милую и слишком серьезную Надю.