Эксклюзивный грех

И, со своей стороны, заверяю, что вверенный мне личный состав сделает все возможное – и невозможное! – чтобы найти и задержать преступников.

– А что конкретно для этого делается? – немедленно спросил Дима и вытащил из внутреннего кармана пиджака микродиктофон “Сони М-425”.

– Секунду. – Генерал сделал жест типа “повремени, мол, писать-то”. Ткнул пальцем в селектор. Коротко бросил Полуянову:

– Это – не для записи.

По громкой связи тут же браво отрапортовал голос:

– Слушаю, товарищ генерал!

– Савельев! Что у тебя по убийству на Шокальского?! Секундное замешательство, а потом бодрый выдох:

– Работаем, товарищ генерал!

– Что значит “работаем”?! – не смог сдержать наигранного гнева генерал Ухваткин.

Пауза в селекторе, вздох:

– Никак нет, товарищ генерал.

– А почему не знал?! Нет ответа.

– В общем, так. Ты, Савельев, учти: дело у меня – под личным контролем. – Генерал вытащил из настольного прибора золоченую ручку, демонстративно черканул чего-то в перекидном календаре. – И у нашей прессы – тоже.

Ухваткин покосился на Диму.

– Неделю тебе, Савельев, даю, – продолжил он в селектор. – Найдешь супостатов – честь тебе и хвала. Не найдешь – на горный курорт поедешь, вне очереди! Понял?!

– Так точно, товарищ генерал. – Вздох."

"– Ты там не вздыхай. Работать надо, а не вздыхать! В общем, так: через десять минут зайдешь ко мне.

– Так точно.

– Все! Работай! – Ухваткин сердито отключил селектор.

Когда бы речь шла не о маме, Дима, пожалуй, ухмыльнулся бы: настолько наигранной выглядела сцена. Слушая спектакль, в ходе которого генерал, что называется, перевел стрелки на неведомого Савельева, Дима впервые подумал, что его вера во влияние прессы на ментуру была, пожалуй, преувеличенной. “Замотают менты дело, – с тоской подумалось ему. – Как пить дать, замотают. А если и поймают гадов, то случайно… Что же, просить главного звонить министру внутренних дел?..