Эхо войны

— Невысокого ты мнения о своих… — неопределенно качнул головой Борис.

— Они не мои — отрубил я, невольно дернув щекой — Я сам по себе. Решать не мне, я лишь советую.

— А я склонен прислушиваться к хорошим советам — по-волчьи оскалился Борис, выключая карту — Так и сделаем. Еще вопросы, боец?

— Я не боец, я простой охотник. Да, вопросы есть — если ответите, конечно. Почему вас так мало? Двенадцать человек, одна машина, пусть и бронированная — не маловато ли, чтобы пускаться в дорогу через две страны?

Несколько секунд Борис молчал, покачиваясь с пятки на носок, затем, приняв решение, произнес:

— В первый день пути нас было шестьдесят пять человек и семь машин, из которых два БТР с полным боекомплектом.

— Ага — кивнул я, несколько ошарашенный столь лаконичным и одновременно столь полным ответом.

— Тогда приведи себя в порядок и полезай обратно в орлиное гнездо — русский кивнул на крышу грузовика — И смотри в оба. Да, кстати — тебе солнце глаза не жжет? У нас есть запасные солнцезащитные очки. Еще не хватало, чтобы проводник ослеп.

— Нет, спасибо — отказался я — Все нормально.

— А Ильяс очки носит.

— Он носит. Я нет — коротко ответил я, снимая с пояса флягу с водой.

— Ну-ну — прогудел Борис и развернувшись, пошагал к кабине машины.

А я сделал экономный глоток, прошелся безразличным взглядом по высыпавшим из грузовика русским чужакам в песчаном камуфляже и пошел к ближайшим кустикам саксаула.

— Битум — крикнул Виктор, мочась в песок прямо из кузова грузовика — Не стесняйся, здесь все свои. Если что мы отвернемся.

Дождавшись пока стихнет дружный хохот, я посмотрел на шутника и спокойно произнес:

— Нет смысла выливать влагу на бесплодный песок.

И пошел себе дальше, расстегивая пряжку солдатского ремня.

В спину донесся несколько озадаченный голос крепыша Виктора:

— Да, мужики… восток дело тонкое.

Глава шестая

Мертвый исполин и звериное племя людоедов"

"С насеста на железной крыше грузовика завод я увидел сразу, едва мы объехали невысокую, но крайне широкую гору.