Эхо войны

Топоры, копья, цепи и прочий подручный материал. У людей Пахана имелись огнестрелы, но нападавших было слишком много. Человек сто, не меньше — если верить рассказам уцелевших. Зачем напали тоже ясно — ради мяса. Тех, кто полег первыми, начали рвать на куски в первые секунды боя. Оголодали видать сильно, вот и лопухнулись. Дождись они пока весь отряд пройдет внутрь, и не кинься они сразу жрать, то не упустили бы ни единого человека.

— Каннибалы?

— Ага — кивнул я — Людоеды. Жрут все подряд. Потому и говорю — опасно туда соваться.

— Выбора нет — бесстрастно произнес Борис — Сам же говоришь — дорога одна. Или есть путь в объезд?

— Не знаю — качнул я головой и едва не прикусил язык, когда грузовик подпрыгнул на ухабе — Но сомнительно.

— Значит, придется прорываться. Но за рассказ спасибо, Битум… черт, ну и имечко же у тебя! Сам выбирал?

— Нет. Меня так назвал…

— Отец?

Секунду помолчав, я почти неслышно произнес:

— Да… отец…

Уловив передернувшую мое лицо судорогу, Борис открыл было рот для следующего вопроса, но тут я пронзительно завопил и он осекся на полуслове.

— Тормози! Тормози!

Водитель не услышал, и грузовик продолжал ходко бежать вперед, переваливаясь на песчаных наносах.

— Тормози! — вновь заорал я, не сводя глаз с черного пятна посреди дороги.

Поняв по моему перекошенному лицу, что дело серьезное, Борис не стал тратить время на ненужные уточнения и просто провалился вниз, рухнув на пол салона.

Дверь кабины открылась, на песок спрыгнул держащийся обеими руками за разбитый лоб дюжий водитель. Нашел меня взглядом и зло заорал:

— Але, проводник! Какого хрена?! Че за паника?!

— Олег, рот прикрыл бы — мягко посоветовал Борис, вываливаясь через ту же дверь, и водитель моментом заткнулся, но командир этим не удовлетворился и все тем же мягким тоном поинтересовался — Почему покинул грузовик без оружия?

Замолчавший Олег полез обратно в кабину, вытащил из-за спинки водительского сиденья автомат, повесил его на грудь и привалился к машине, осторожно ощупывая кровоточащий лоб.