Эхо вины

Вирджиния подняла голову:

– Что ты теперь будешь делать?

Натан пожал плечами:

– Сначала побуду немного здесь, потому что я должен быть в зоне досягаемости полиции. А потом… потом вернусь в Германию. Может быть, мне удастся возбудить процесс о возмещении убытков из-за потери яхты. Если я и не сумею получить какое-то вознаграждение, то во всяком случае выиграю время. Я буду писать. Может быть, когда-нибудь моя книга и выйдет!

– Желаю тебе успеха.

Натан подошел еще ближе. Помедлив, он приподнял руку и, лишь когда убедился, что Вирджиния не уклоняется от него, быстрым и нежным движением погладил ее по щеке.

– Ты еще кое-что задолжала мне.

– Что же?

– Конец твоей истории. Той истории, которая связана с огромной виной. В ней недостает последней главы.

– Я рассказала ее Фредерику.

– О? – удивился Натан. – Значит, Фредерику?

– Да.

– Тогда, похоже, я так никогда и не узнаю ее…

– Не узнаешь.

– Ты остаешься с мужем? Он прощает тебя и снова заключает в свои объятия?

– А вот это, Натан, уже не твое дело.

– Ишь ты, какая! Оказывается, ты бываешь очень жестока, когда вычеркиваешь человека из своей жизни!

– Я всего лишь пытаюсь быть честной.

– Ну, что ж, – развел руками Натан. – Видно, мне пора идти.

– Тебе предстоит долгая дорога.

Он жалобно вздохнул:

– Норд-Вутон. Там я нашел самый дешевый отель. На своих двоих мне добираться туда половину ночи…

– Я имела в виду не только дорогу в отель.

И в этот момент Натан улыбнулся – не той резиновой улыбкой, как вначале, а своей «фирменной», обаятельной улыбкой, которая соблазнила в свое время Вирджинию.

– Я прекрасно понял, что ты имела в виду не только дорогу в отель. Ну, что ж… Может, пришло время сказать «до свидания»?"

"– Прощай, – поправила его Вирджиния, вставая и распахивая дверь наружу.

Кивнув, он шагнул в ночь. Женщина была так благодарна ему за то, что он не пытался целовать или обнимать ее на прощание. Ее душу пронизывала печаль и тоска – не по Натану, а по тем воздушным замкам, которые они строили вместе и которые рассыпались в пыль. Притяни он ее сейчас к себе, она обязательно расплакалась бы, ведь пуловер на нем был напитан морским запахом Ская.

Словно громадная тень, Натан стоял перед ней.