Его выбор (СИ)

А затем повернулся и выразительно так посмотрел на гвардейцев:

— В жизни не видел столько фальшивок, а вы?

Бойцы как-то резко погрустнели, и когда Кирион вышел из комнаты, за его спиной послышалось грустное бряцанье выворачиваемых карманов. Пожалуй, если бы принц не задержался послушать масштабы мелкого воровства, он бы не обратил внимания на рукописные заметки на салфетках, забытые хозяином за столом для отдыха."

"На тонкой белой бумаге со следами кофейных разводов от донышка чашки была набросана статья в одну из оппозиционных газетенок.

Потому что эта мразь готовила статью о том, что любимая сестра очень злого архимага — развратная бесстыдница и спит со своим секретарем во всех самых извращенных позах, которые были перечислены с особым смаком.

Жить лорду Навалу оставалось недолго и очень мучительно.

Глава 32

— Это я нашел у Навала, — сказал Кирион, протягивая мне замызганную салфетку.

Я не спешила брать ее в руки и вопросительно посмотрела на брата.

— Можешь пересказать своими словами, я тебе верю.

— Ммм… — Кирион немного замялся.

— Да ладно, выкладывай уже, — я устало откинулась на спинку кресла.

— Там пишут про тебя и Теодора, — наконец, произнес брат. — В очень пикантных подробностях.

— О.

Я чуть нахмурилась, пытаясь сообразить, откуда растут ноги у этой сплетни.

— Аааа! — протянула я. — Так это кто-то из женихов постарался.

У старшего брата нехорошо полыхнули глаза:

— Ты ничего не хочешь рассказать, невестушка?

— Ммм… — тут уже я замялась, подбирая слова. И даже немного отодвинулась от нависшего над столом брата. Он был не в курсе моей маленькой выходки тогда и оказался страшно недоволен этим.

— Ну тогда на первой встрече я попросил Тео изобразить страстно влюбленного в меня… — проговорила я, постепенно переходя на шепот.

У Кириона дернулся глаз.

— За… зачем?

— Ну проверить на утечку информации, — я кивнула на салфетку.

— Ты хоть представляешь, что было бы, если эта падаль вышла в тираж?

— Навал лишился бы головы прилюдно за клевету, — спокойно проговорила я.

Брат открыл рот и закрыл рот. Немного подумал и все же ответил:

— Ты стала кровожадной, сестренка.

Я мило улыбнулась:

— Узнай, кто продал ему эту историю.