Его выбор (СИ)

Но старший брат буйствовал. В принципе, я его понимала, как сестра. Но все мы знаем, что власть не оставляет пространства для личного. Корона сжирает все.

— Кирион.

Разъяренный архимаг оборвался на полуслове очередной тирады. Серые глаза чуть светились от бурлящей внутри магии. Но он слишком хорошо знал меня, и знал, когда стоит унять эмоции.

— Мы все здесь делаем то, что умеем лучше всего, — ровным тоном проговорила я. — Даян — считать деньги. Ты — защищать. Я — торговать лицом. Да, Фронтир — это опасно, форт Патронум — опаснее во много раз.

Но ты не можешь не понимать, что как сильно повлияет мой визит в место конфликта на нашу власть. Я еду торговать лицом, чтобы ни одна паскуда не смогла расшатать железный трон ни красивыми лозунгами, ни фальшивыми монетами.

Архимаг сделал глубокий вздох, беря себя в руки.

— Я не смогу тебя там защитить, — проговорил он, глядя мне в глаза. — Ты — не воин, сестренка. Ты — политик. Может быть, ты будешь лучшим политиком современности, но для этого тебе нужно дожить до коронации.

Мы понятия не имеем, что происходит с кочевниками, и это делает любой риск непрогнозируемым. А если тебя убьют, кто займет железный трон? Мать не сможет больше родить.

— Ничего страшного. Нас здесь трое, один в любом случае справится с железной короной. Выберете жену помоложе и пусть рожает, пока не насчитаете пару-тройку принцесс, чтоб запасные были.

Даян нахмурился, а у Кириона аж заострились черты лица от плохо сдерживаемой трансформации:

— Демирррра… — зарычал старший брат.

Я подняла руку, прерывая зарождавшуюся по новому кругу ругань.

— Слово было сказано, Кирион. А нет ничего крепче железного королевского слова, ты же знаешь.

Архимаг прикрыл глаза, близнец нервно прошелся по комнате, ероша волосы. В дверь осторожно постучали.

— Ее здесь нет! — рявкнул Кирион.

— Я знаю, — раздался невозмутимый голос Теодора. — Но матриарх вернулась в замок и ищет принцессу. Хорошо бы, чтоб до утра не нашла…

— В кои-то веки с я нашей матерью буду исключительно солидарен, — мрачно проговорил Кирион.

 — Но ты права. Слово было сказано.

Я благодарно кивнула.

— Что ты будешь делать с отбором? — подал голос Даян.

— Это же очевидно. Возьму с собой, — усмехнулась я.

— Они могут отказаться, — заметил близнец.

— Могут, — пожала плечами я. — Но чьи-то амбиции обязательно перевесят инстинкт самосохранения.

Даян скривился, подошел к стенной панели и постучал в нее.

— Идите. Я пообщаюсь с матриархом.

— Спасибо, — сказала я и первая нырнула в проход.