Его (с)нежная девочка

То смеется, то издевается. То волнует до дрожи в коленях и фейерверков во всем теле, то пугает до  трясучки. И нет, вот угораздило же меня выбрать его вчера в клубе! Я точно с завидным рвением сама создаю себе проблемы.

Глава 18. Дамир

Оставив Еву в доме, иду на поиски Тимура. Как бы меня не тянуло остаться и понаблюдать за этой Евой-Линой, но понял, что, если я буду маячить перед ее глазами, девчонка будет только больше дергаться и нервничать. На ней и так, бедной, лица нет. Впечатлилась малышка. Особенно в свете моего утреннего “выхода” в неглиже и потери ее памяти.

Да уж, Абашев, похоже, ты сильно переоцениваешь свои возможности. Причем во всех смыслах. И вот не знаю, почему меня это так раздраконивает? Буквально душу в себе желание доказать снежинке, что я могу быть хорошим. И тоже во всех смыслах.

По дороге перекидываюсь по телефону парой фраз с секретарем, которая добавляет масла в огонь, сообщая, что переговоры с “и.о. директора” Сочинской сети отелей пошли по п…кхм, в общем, всем известному месту, и, похоже, поездки туда в следующем году мне не избежать.

В административное здание захожу в полной уверенности, что Тим уже на рабочем месте и лучезарно улыбается прибывающим отдыхающим, но… слишком ты самоуверен, Дамир. Горбатого могила исправит, как известно.

– Доброе утро! Могу чем-то помочь? – заискивающе улыбается мне блондинка за стойкой, стоит только нарисоваться в поле ее зрения.

Отлично. Тогда возвращаемся к насущному вопросу, а где сам сын, чтоб ему пусто было?!

– Доброе утро. Тимур где? – выходит грубо, но чувствую, еще немного и я озверею.

– Эм… простите, о каком Тимуре идет речь?

– Напарник ваш, Камилла. Сын мой. Где?

– О-о-оу! – срывается удивленный вздох с губ девушки, и теперь хитрые глаза уже по-иному пробегают по мне взглядом.

Я слишком много женщин за свою жизнь повидал и готов на что угодно поспорить, что мысленно девчонка уже посчитала стоимость моих шмоток, часов и даже прикинула годовую зарплату. Все одно и то же, что в России, что в Швейцарии. Ничего, мать его, не меняется. Только снежинка в этом плане стала грандиозным невинным исключением из правил.

– Так и будем молчать, Камилла?

– Простите,...

– Дамир Таирович.