Его невинная заложница

 — Да, малышка? План Стаса не сработал?

Яна нервно ведет плечами, отклоняясь назад. Она чуть наклоняется ко мне, как будто пытается спрятаться за мной, а я обхватываю ее ладонь и крепко сжимаю. Смотрю на Дитмара, чтобы он отстал от нее. Пусть лучше смотрит на меня, и холодно улыбается тоже в мою сторону.

— У меня не было выбора, — тихо произносит Яна. — Стас угрожал мне…

— Знаю, — Дитмар грубо обрывает ее. — Только поэтому и оставил тебя в живых, хотя за такие фокусы убивают.

Дитмар разворачивается к брату.

"— Не нужны они Стасу, — произносит он четко. — Я на твою реакцию хотел посмотреть, брат. А Стасу они только, как ниточки к нам с тобой нужны.

Дитмар поднимается с места и вбивает сигарету в пепельницу.

— Ладно, на самом деле время есть. Я жду своих ребят, как приедут, будет видно на какой отпор мы способны. Дом этот не засвечен, можно здесь день перекантоваться, дальше смотреть будем, — он указывает ладонью в нашу с сестрой сторону. — Ты старшая, да?

— Да, — я киваю.

— Арман тоже меня однажды от пули закрыл, — он с усмешкой кивает на то, как я закрываю собой Яну. — Но я не собираюсь стрелять в твою сестру, так что расслабься. Яна, — зовет он. — Пойдем.

Он делает шаг к нам, обходя стол, но Яна не двигается. Я же рефлекторно выбрасываю ладонь вперед и отсекаю ее от Дитмара. Он чертовски пугает меня и я не могу допустить, что он уведет мою сестру.

— Не злопоупотребляй моим терпением, — с рыком произносит Дитмар, приближаясь. — Быстро поднялась и пошла со мной!

Я хватаю сестру за локоть, когда та повинуется и начинает отодвигаться, чтобы выйти из-за стола.

— Дитмар! — взрывается Арман, вставая из-за стола.

— Отпусти ее! — я злобно кричу в лицо Дитмара. — Хватит! Она не вещь!

— Рот закрой, — холодно бросает Дитмар и смотрит на меня так, словно я первая женщина в его жизни, которая посмела кричать на него.

— Не угрожай ей, — отзывается Арман, который оказывается рядом. — Мне плевать на ее сестру, но с моей женщиной не говори так.

Арман бросает на меня напряженный взгляд и немой просьбой просит не обострять. А у меня пульс стучит в висках, где-то глубоко я понимаю, что Дитмар в чем-то прав.