Его любимая девочка

Застонав от отчаяния и бессилия, я всё же решила не терять надежды и начала с упорством Шерлока обшаривать все комнаты. Быть может, у меня не забрал Джанабаев сумку с телефоном?

Но ни своей сумки, ни телефона, ни старой одежды я так и не нашла…

Зато нашла скрытые камеры наблюдения в спальне, в ванной и гардеробной.

«Зачем я ему нужна?!» — начала размышлять, с силой сдавливая пульсирующие виски и расхаживая по комнате, пиная ногами разбросанные вещи. Бардак я устроила знатный, но мне было плевать.

Судя по обстановке, я понимала, что этот человек не просто обеспечен, — он вопиюще богат!

«Значит, ему не нужен за меня выкуп», — рассуждала дальше.

Я не могла понять его мотива. Зачем ему меня похищать? Быть может, он спутал меня с кем-то?

Скорее всего… Других вариантов не могла придумать.

В конце концов, не влюбился же он в меня!

Устав расхаживать, я снова решила действовать и начала молотить по двери то кулаками, то ногами и кричать, чтобы дверь немедленно открыли!

Я слышала свой собственный крик до тех пор, пока горло не охрипло. Я с силой колотила в дверь, пока костяшки пальцев не закровоточили. Но никто меня не слышал. А если и слышал, то им или ему было всё равно.

Эта красивая комната превратилась для меня в тюрьму.

Спиной сползла вниз по запертой двери, на которой остались мои кровавые следы и, уткнувшись лицом в согнутые колени, громко разрыдалась.

Грудь от страха и отчаяния сдавило будто тисками. Происходившее было каким-то безумием! Такие вещи происходили в криминальных передачах и фильмах, но не в реальной жизни! И уж точно не с такими людьми, как я!

Я не знала, что мне делать и как выбраться отсюда.

Когда истерика немного отступила, на её место вновь пришла злость — яростная и беспощадная.

Поднялась на ноги и с неистовым бешенством, я разбила и просто вырвала все видеокамеры, которые нашла, а потом, чувствуя хоть небольшое моральное удовлетворение, схватила тяжёлый резной стул и, замахнувшись, со всей силы швырнула его в окно.

Стекло даже не дрогнуло… А вот от стула отлетели щепки.

— Что за ерунда? — опешила я.

Снова схватила стул и едва успела замахнуться, как вдруг, раздался щелчок и дверь, в которую я не так давно колотила, открылась.

— Лена, опусти стул, — раздался ненавистный мне голос.