Его любимая кукла

Потому что это не может быть правдой. Не может ею стать. Потому что всё совсем иначе – как бы сейчас, в данную минуту, ни хотелось иного.

И потому что она уже настолько глубоко погрузилась в это сладостное безумие, что расставаться с ним будет болезненным, едва ли не смертельным.

Но сейчас она не должна об этом думать, ведь ей хотелось совсем иного – раствориться в том, что составляло лишь их маленький мир. Арина физически чувствовала тишину и полумрак спальни, то самое безмолвие, которое не способны были заставить исчезнуть даже отголоски мелодии, льющейся с улицы.

Потому что тишина, что окружала их, принадлежала только им двоим.

Арина мало что смыслила в танцах, особенно подобного рода, но ей хотелось попробовать. Только для него одного. Для мужчины, который неотрывно смотрел на неё, и ей желалось быть для него одной-единственной.

Она начала двигаться – сначала неспешно, будто бы несмело, но с каждой секундой чувствуя всё больше свободы. Прикрыла глаза, представляя, что во всём мире нет больше ничего и никого – ни людей на улице, ни необходимости уже завтра покинуть это место.

И забыть о нём, словно о кратковременном сне.

Ей не хотелось думать, что она выглядит нелепо или смешно – Арина просто двигалась в такт медленной тягучей мелодии, жаждая в эти мгновения быть особенно красивой и желанной. И только для него.

Ткань длинной юбки то приподнималась, открывая ноги, то опускалась, пряча их от глаз Королёва. Арина, забывшись, провела ладонями по обтянутой блузкой груди, вздрагивая от острого ощущения, когда пальцы задели затвердевшие от возбуждения соски.

Она не представляла сколько сможет сдерживать стоны, что едва не срывались с пересохших губ, потому что желание дарило ей почти непереносимую сладкую боль внизу живота.

Второе прикосновение к себе было осознанным, правая ладонь опустилась на грудь, левая – вновь приподняла ткань юбки. Пальцы скользнули по внутренней части бедра, почти ложась на влажную ткань трусиков.

Арина распахнула глаза и только тогда поняла, что музыка закончилась.

Сначала сменилась смехом и гомоном голосов, а следом – чем-то весёлым, что совсем не принадлежало её миру, разделённому с Романом."

"– Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделала для тебя ещё. Сегодня я хочу выполнить какое-то особенное твоё желание. Любое.

Часть 1. Глава 11

Плавные движения Арины, полные чего-то настолько томного и одновременно страстного, находили отклик в каждой клеточке тела Романа.