Египет великих фараонов. История и легенда

Необходимо учитывать, что в период Нового царства словом «сестра» обозначалась жена или возлюбленная, а также иметь в виду описательную систему родства («сестра» могло означать «тетя», «племянница», возможно, «двоюродная сестра»)."

"Таким образом, кровнородственные браки фараонов, якобы легитимизирующие их власть, оказываются фикцией. Ничего не получается и с родом «царевен наследниц», аналогичных хотя бы зафиксированному «Стелой избрания» эфиопского царя Аснелты (VI в. до н. э.) списку его предков по женской линии до седьмого колена, причем все они носили титул «сестра царя».

Г. Робинс, специально занимаясь изучением проблемы передачи власти по женской линии в правление XVIII династии (т. е. периода, памятники которого дают основную аргументацию сторонникам этой старой теории), отмечает, что высокая смертность делала практически невозможной любую жестко закрепленную за одним лицом форму передачи наследства.

Часто в литературе утверждается, что наследником становился старший сын главной жены (в последней же иногда видят «царевну-наследницу»).

Но нет доказательств, что именно «Царевна-наследница» становилась главной женой, да и происхождение фараона от главной жены царя не всегда подчеркивается.

Увы, но роль цариц в вопросе наследования трона пока не удастся определить однозначно, хотя, очевидно, она не сводилась к рождению наследника.

Мы немного рассказали о матерях царей. Гораздо меньше известно о матерях цариц, тоже необязательно принадлежавших к царскому роду.

Уникальной титулатурой обладала мать двух жен Пиопи I, происходившая из абидосского рода номархов. Эта жрица («дочь» Геба, Тота, Хора, быка Мерху), и с обычным при VI династии титулом «украшение царя»[151], именовались титулами верхушки государственного аппарата («князь», «судьи», «друг единственный» и даже «визирь» — все в женском роде) и, по предположению В. Хелька, была регентом. Но когда она стала столь выдающимся лицом — вероятно, после того, как стала тещей фараона? Или наученный горьким опытом Пиопи I (именно в его дворце расследовал тайное дело царицы ловкий вельможа Уни) надеялся, что дочери столь высокородной матери станут хорошими женами? Отметим, что одни из них, Анхнесмерира II, изображалась с уреем на лбу — атрибутом царской власти, заимствованным у фараонов. Не исключено, что урей не просто становление новой иконографии царицы, а отражение ее функций регента при малолетнем сыне — Пиопи II.