Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!

 — Кавалерия с фронта! Фузейщикам — в три линии, штуцерным со знаменем — в центре, станови-ись!

К гвардейским егерям примкнули лифляндцы. Полторы тысячи лёгких пехотинцев, ощетинившись штыками и совнями, образовали плотный оборонительный строй. А на них уже неслась лучшая конница Речи Посполитой.

— Первая шеренга с колена, вторая и третья — стоя, к стрельбе товьсь! Це-елься! — скомандовал Егоров, и защёлкали взводимые курки.

— Первая шеренга, залпо-ом, огонь!

Сотня ружейных стволов из фронтальной стороны каре ударила разом.

— Вторая шеренга, залпо-ом, огонь! — и ещё сотня выпущенных из каре пуль сбила несущихся во весь опор всадников.

— Третья шеренга, огонь!

Теперь всё дело было в стойкости пехоты. Дрогни она перед накатывающей орущей, машущей саблями конной массой, и та сомнёт стенку каре, ворвётся вовнутрь, а потом посечёт и стопчет всех!"

"Егеря приняли кавалерию на свои штыки и совни, устояли и, работая холодным оружием, разя выстрелами из глубины строя, отбросили гусар назад. В это время в освобождённый работными командами проезд влетела первая казачья сотня, за ней вторая, третья.

Казаки ударили во фланг поляков, и те, смешав строй и сбившись в кучу перед каре, приняли ещё три залпа егерей в упор. Вслед за казаками через взятые укрепления проскакал первый эскадрон Глуховских карабинеров, за ним второй, и в проход пошли новые сотни казаков. Разворачивающаяся в лаву русская конница начала охват гусар, и они, дрогнув, бросились назад.

— Полк, в колонну! — скомандовал Егоров. — Вперёд!

И не дожидаясь, когда роты перестроятся, бросился по дороге.

Выстраиваясь на бегу, за бригадиром топали уже полторы тысячи егерей. В рядах с гвардейцами плечом к плечу бежали и армейские егеря лифляндцы.

Справа и слева по ходу движения колонны стояли два опустевших редута с посечёнными кавалерией жолнёрами и прислугой у орудий. Перед укреплениями лежало около полусотни разорванных картечью тел казаков и карабинеров. Здесь только что и те и другие приняли свой последний бой.

— Вьюжин! Подпоручик Вьюжин! — крикнул, обернувшись, Егоров.

 — Забирай орудия с редутов и кати их к предместью! Когда это ещё наши пушки подойдут! Рота капитана Крыжановского в помощь!

Колонна егерей побежала дальше в сторону города, а выбежавшие из общего её строя полковые канониры и пионеры вместе с четвёртой ротой из второго стрелкового батальона облепили пушки. Пара минут, и они начали выкатывать их на дорогу.

А в это время к Егорову подлетел есаул с десятком казаков.