Единственный

Но если согласишься, я гарантирую тебе защиту, ты не будешь ни в чём нуждаться. Ни один мужчина больше не посмеет приблизиться к тебе, включая Амира.

Звучало довольно убедительно… и заманчиво.

Учитывая моё положение.

— А вам это зачем? — нахмурилась, глядя на чужие мозолистые пальцы, что по-прежнему удерживали меня около него.

Моё согласие — степень жгучего желания избавиться от того кошмара, который окружил меня. И отомстить. За отца. И за всё то, что аль-Алаби сделали. Но то я. Со мной всё понятно. А Алихан?

Вновь посмотрела ему в лицо в ожидании ответа.

Суровый взгляд остался прежним, будто в самую душу собирался проникнуть и вытащить из неё наружу всё сокровенное.

Да, такие мужчины умеют читать других…

Иначе бы ни были собой.

— Когда я приехал сюда, ты собиралась пожертвовать собой, ради двух совершенно незнакомых тебе людей, — вопреки своей мрачности, произнёс довольно мягко. — У тебя чистое сердце, Аида. Ты молодая, красивая девушка, к тому же — дочь посла, умеешь подать себя в обществе и не опозоришь меня на публике, а мне не придётся опасаться какой-нибудь подлости со стороны той, с кем придётся делить личную спальню.

Можно подумать, теперь настал мой черёд убеждать его в том, насколько хорошей женой могу стать.

— Возможно, так и есть, — согласилась, вновь сосредоточилась на наших руках.

Всё потому, что крепкая хватка на запястьях вдруг ослабла. Мужские ладони скользнули к моим, больше не сжимали, касались едва осязаемо и... поглаживали пальцы.

Странное ощущение!

Будоражащее.

— Привыкай к тому, что отныне я буду рядом, — прокомментировал собственные действия Алихан. — Ко мне привыкай, — отпустил и развернулся спиной, собираясь покинуть помещение.

Вместе с возведением дистанции, в пространстве как будто враз прибавилось кислорода. Дышать стало заметно легче.

— Но я ещё не ответила согласием, — бросила ему вслед.

Мужчина остановился.

— Нет?

Жаль, не обернулся, и мне не удалось разглядеть выражение его лица.