Единственный

Можно подумать, это всё объясняло!

— На моей личной территории? — переспросила удивлённо, призадумалась, а после добавила осторожно: — Здесь?

Мужчина улыбнулся. Мягко. Сдержанно. Молча.

Автомобиль остановился, Алихан вышел первым и помог выйти мне, крепко ухватив за руку.

— Это значит, что я могу работать? Здесь? Ты передумал? — не удержалась от новых вопросов, пока мы шли по дорожке к главному крыльцу. — А твоя мама не будет против? Она вообще в курсе? Ты с ней разговаривал? Что она сказала? Как отнеслась к этому?

Улыбка супруга стала лишь шире.

— Чего ты всё время улыбаешься, не пойму? — затормозила, вынудив сбавить шаг и своего сопровождающего.

На этом я не остановилась, ещё и за руку его дёрнула, уставившись в немом требовании.

Послышался тяжёлый вздох.

— А я только начал забывать, какая ты болтливая и инициативная, если дать тебе волю, — покачал он головой, глядя на меня сверху-вниз в полнейшем снисхождении.

Пристыдил, в общем. Вот и пришлось проявлять терпение. Хорошо, ненадолго. После того, как мы оказались внутри и свернули в один из коридоров, у ело спрятанный под лестницей, ведущий в другую часть здания, где я прежде не бывала, мужчина всё-таки сжалился надо мной и моим любопытством:

— Я всё ещё считаю, что тебе стоит уделять больше времени себе самой и тому, чтобы закончить университет.

Теперь широко-широко улыбалась уже я!

— Правда?

Неспроста он меня в начале беседы отчитал, как маленькую девчонку. Именно её я ему, скорее всего, опять и напомнила, когда в полнейшем восторге задала этот бестолковый вопрос и крепко обняла вестника своего счастья.

— Спасибо, — добавила полушёпотом, задрав голову, глядя на него снизу-вверх, продолжая улыбаться.