Единственный

— Тебе что-нибудь об этом известно? — последовал закономерный вопрос.

— Почему бы вам не узнать об этом у вашего сына? — поинтересовалась я встречно.

Госпожа Ирем на мои слова криво усмехнулась. Конечно, что-нибудь, да должно быть мне известно. И она, и я — мы обе это прекрасно знали. Неспроста она спрашивала. Но настаивать не стала. Достала свой телефон. Моя настороженность моментально преобразилась в приступ удушья. Словно удавку на шею накинули, а не руку с гаджетом протянули. Едва ли я смогу подобрать хоть одно вразумительное слово, если те проклятые фото уже у неё.

Хотя не их она мне показала…

Другое.

Тоже со мной.

Те, что когда-то кто-то выложил в социальные сети. У меня самой личного аккаунта не было. Отец запретил.

— Знаешь, мне стоило большого труда найти это, — прокомментировала свекровь.

На цифровой картинке — полно лиц. Один из многочисленных приёмов, каких в жизни Александра Демиркана было сотни. Большинство из них — незнакомцы, не всем меня представлял отец, предпочитая ограждать от влияния тех, с кем сам был вынужден общаться в силу своей деятельности.

Merde sacrйe!

— Если бы не знала, что именно искать, то и вовсе никогда не нашла бы, — продолжила она, сделала паузу, а последующее прозвучало с видимым оттенком укора: — Аида Демиркан.

Самая трусливая часть меня моментально забилась в приступе паники.

Это ведь самый явный и прямой намёк!

И всё же…

— Вы меня в чём-то обвиняете? — расправила плечи и уселась ровнее, словно железную балку мне в позвоночник вогнали.

А ещё представила себе, словно нет никакого Амира аль-Алаби на той фотографии. Как и нет его самого в моей жизни. Поскольку последнее — чистая правда, то и с первой частью тоже особого труда не возникло.

— А на то есть какие-либо основания? — вопросительно выгнула бровь госпожа Ирем.

Разговор с самого начала напрягал, теперь и вовсе.

— Прежде вам никакие основания не требовались, — отозвалась я гораздо враждебнее, нежели стоило.

Похоже, банально устала притворяться.

Или же сил не хватало.

А свекровь с продолжением разговора не спешила. Выключила экран, отложила телефон на тумбу.