Единение миров

Чуть ее не сбив, Крафа приостановился, подхватил Кассиофию на руки и закружился с ней в некоей имитации вальса вкупе с рок-н-роллом. Она не стала вырываться, только и поинтересовалась будничным голосом по прошествии очередной минуты:

– Ничего страшного не случилось?

– Да как сказать… – Император замер, разглядывая жену, словно незнакомку. – Давным-давно нечто страшное все-таки случилось…

– Что конкретно?

– Да ты понимаешь… если бы тогда знали о множестве Опорных Станций и их полном контроле над межмирским пространством, то войны бы не было.

Он повернулся к Дмитрию, словно требуя у него продолжения своей реплики. Тот интенсивно скрипел мозгами, загрузив оба потока сознания по максимуму.

– Если Хандер Югич до сих пор жив и где-то удачно спрятался, то он мог всегда оставаться незамеченным, находясь на Опорной Станции, – наконец сказал он. – И оттуда, найдя и контролируя миры своего сектора, заниматься какой угодно деятельностью. Хоть ловлей бабочек, хоть набиванием чучел представителей фауны, хоть экспериментируя с новыми общественными формациями иных цивилизаций."

"Крафа еще раз прошелся с женой на руках вокруг стола, успокаиваясь на глазах, потом аккуратно, как ребенка, усадил ее на стул и указательным пальцем стал тыкать в сторону союзника.

– Слушай, кончай меня пугать! Ты представляешь, что может сотворить сумасшедший, получивший допуск к таким всесильным рычагам управления, которые наверняка находятся на станции?

– Хм! Это мы его считаем сумасшедшим, а, судя по тому, как ему удалось исчезнуть из истории, наш коллега далеко не дурак. Да и сама Станция, насколько я понял, проводит некий тест на «профпригодность» нового оператора, проверяет как-то его психические составные и только после этого производит перенастройку, дающую право на посещение.

– Очень сомневаешься? Но ведь не уверен? Сам говорил, что некий интеллект на Станции присутствует, к тому же строптивый.