Еда и патроны

Тусклый желтоватый луч скользнул под колесо и отразился от широко распахнутых влажных глаз. Они смотрели прямо на Стаса, не отрываясь. Зрачки превратились в две мелкие черные точки, окруженные голубой радужкой. Человек лежал на спине, поджав правую ногу, левой видно не было. Разгрузочный жилет на груди превратился в окровавленные лохмотья, из которых торчали искореженные автоматные магазины. Правая рука тянулась вдоль туловища и была неестественно длинной. Стас не сразу заметил, что на плече рукав разорван и пуст.

И тут человек заговорил. Рот его раскрылся, кровяная пена запузырилась на губах, и мокрые, хлюпающие звуки сложились в слова:

– Хозяин узнает. Он пришлет старших братьев. Все вы подохнете еще до рассвета. Слава… – предсмертные хрипы помешали закончить бравурную речь с первой попытки. – Слава Железному Легиону! – Губы, покрытые красными пузырями, медленно растянулись в усмешке.

Стаса передернуло. Он поднял пистолет и выстрелил. Еще раз и еще. Усмешка застыла на мертвом лице, но глаза все так же пристально и пронзительно смотрели, голубые, как ясное небо.

– Эй, мужики, – Макс, увешанный четырьмя автоматами, махал руками, пытаясь привлечь внимание. – Помогите хабар в кабину загрузить.

Удостоверившись в том, что его просьба была услышана, Макс с довольным видом закинул автоматы на правое сиденье и, пританцовывая, подошел к Стасу, все еще сидящему на корточках возле своего грузовика.

"– Ну, зема, я тебе скажу – это было нечто! – Он хлопнул Стаса по плечу, отчего тот едва не потерял равновесие. – Ни разу я еще такого не видел, чтобы девятнадцать голожопых колхозников… пардон, семнадцать голожопых колхозников и два профессионала без потерь перебили тридцать круто упакованных головорезов! Сейчас в форт приедем, хабар будем разбирать. Ох и люблю я это дело. Надо еще трупаки обшмонать, они патронами просто под завязку набиты.

Тот молча кивнул на труп под машиной.

– Ну, трупак, – равнодушно констатировал Макс. – Ты что, трупаков не видел?

– Он сказал… – начал было Стас и запнулся.

– Что сказал?

– Да ерунда, не важно.