Джокер

Провести бы сейчас по ним указательным пальцем…

— Белозерова, когда я тебя вижу, я сам себе удивляюсь, во мне прямо способности новые открываются, представляешь?

Пододвинул к ней тарелку с пирожными и снова пригубил из стакана:

— Признавайся, решила убить меня неудовлетворенным любопытством? Что с тобой? Почему у тебя руки трясутся так, будто мы на Северном полюсе?

* * *— Мне просто холодно, на улице дождь льет, как из ведра. Я замерзла."

"Мне уже больше недели дня холодно. Так холодно, что все тело сводит ледяной судорогой даже в горячей ванной… с того момента, как прислал мне переписку Джокера с другими женщинами.

Весь этот месяц превратился в сплошной ад. В нескончаемый ад отчаяния и тоски. А последние недели стали невыносимыми. Я вся стала сгустком боли.

— Адам… та переписка… что ты прислал. На скринах есть время, но нет даты… Ты бы мог, — я так и не смогла отпить этот кофе. Снова стало больно в груди. Так больно, что я не могла вдохнуть, как и тогда, когда получила от него эти копии. — Ты бы мог посмотреть для меня, когда это все было? Я понимаю, что их много и… Я бы хотела знать когда.

Невольно перевела взгляд на его порезанный палец. Он все еще кровоточил.

* * *Резко встал со стула, и тот грохнулся позади. А я вылил недопитый чай в раковину и включил воду, усердно намывая чашку. Адам, мерзавец конченый, такую ты войну затеял со мной? Кишка тонка была бросить открытый вызов, и ты решил ударить исподтишка. Ножом в спину. Браво, мое второе гребаное ""я"". Тогда просто не удивляйся, когда тебе ответка прилетит. И тебе придется сожрать ее, давиться и продолжать жрать до конца, до последней крошки.

Подонок мечтает об обычной, нормальной жизни, о семье, в которой бы его ждали и любили. Думает, я не знаю, что губы раскатал на мою Принцессу, выстроил в своей голове идеальную схему, в которой есть он, она и их дети. И, конечно, в нее никак не вписаться мне. Решил играть грязно, Гордеев? Забыл, что это ты плод моего воображения, а не наоборот? Забыл, что это не твои мечты, а мои. Мои, чтоб ты сдох. Вот только им не суждено сбыться.