Дымная река

Каждый был вроде детали часов со своей функцией, и только мастер знал, как и зачем собрать их в единую систему. И вышло это не случайно, а было прирожденным умением так организовать работу, чтобы каждый успешно трудился на своем участке, и только хозяин отвечал за все в целом.

Вспоминая свое управление конторой, Нил только теперь понял, как скверно справлялся с этой задачей: многие служащие были лучше него осведомлены о его делах, и все его старания дать им поблажку имели обратный эффект. Осознав свою неумелость, Нил проникся к Бахраму уважением, которое вскоре переросло в безграничное восхищение его талантом; спору нет, работать с этим въедливым и эксцентричным человеком безумно трудно, однако нельзя отрицать, что он — предприниматель невероятных способностей и прозорливости, своего рода гений в торговом деле.

А-Фатт не сочинял, характеризуя отца человеком, который всеми любим безоговорочно. Все его работники платили ему фанатичной преданностью не только потому, что он был щедрым и справедливым хозяином, — в нем было нечто, говорившее, что он не считает себя лучше и выше их.

Популярность Бахрама не ограничивалась пределами Ачха-Хон: в обязанности секретаря входило отвечать на приглашения, и потому Нил знал, что хозяин его — желанный гость на всех городских мероприятиях.

Бурная светская жизнь Города чужаков неизменно удивляла — казалось невероятным, что на крохотном пятачке, населенном разномастными странниками, она существует вообще, не говоря уж об этакой интенсивности. Поражало и то, что движущей силой этой светской жизни была столь ничтожная кучка приезжих купцов и их китайских партнеров (правда, Вико дал этому свое объяснение: чрезвычайно богатые люди оказались скучены в такой тесноте, что не повернешься.

Однако развлекаться умели не только богачи: пока главы торговых домов пировали, их подчиненные устраивали собственные вечеринки, на которых было такое же изобилие еды и выпивки, зачастую добытых в кухнях и гостиных боссов.