Двуллер-2: Коля-Николай

Я причина всех твоих проблем, думаю, без меня все от тебя отцепятся, и будет тебе УДО. Ты забудь меня, вот сразу после этого письма. В конце концов, я и правда всего лишь глупый пацан, все время витавший в облаках и строивший воздушные замки. Мне не для кого жить, кроме тебя, а тебе я причиняю только горе. Желаю тебе счастья, ты еще молодая и оно у тебя будет. А я чувствую себя стариком, которому уже незачем жить на свете. Прощай. Разлюби меня и забудь. Просто прохожий Коля Грядкин»…

Ирина читала это, глотала слезы.

– Ты чего, подруга? – спросила ее Елена.

– Коля… Коля… Письмо прислал… – ответила Ирина.

– И чего? Говорит: все, мол, не нужна ты мне больше, нашел молодую? Ну я так и знала! – сказала Елена. – Только по штрафным изоляторам из-за этого говнюка тебя мытарят. Наплюй. У тебя этих мужиков будет…

– Нету Коли… – сказала Ирина. – Нету.

Она протянула письмо. Елена читала, глядя на него расширяющимися от ужаса глазами.

– Вот ни фига себе, вот учудил Коля-Николай… – сказала она. – Ты думаешь, не пошутил?

– Думаю, не пошутил… – сказала Ирина.

Через два дня ее известили, что ее муж, Николай Грядкин, попал под поезд.

В колонии покончить с собой можно, но нелегко. Сначала Ирине это не удалось, а потом уже не было сил. Из нее будто вынули что-то. Она и сама не знала, жила ли она эти годы. Дни проскальзывали за днями. Она летела сквозь время, не замечая его, лишь иногда, по снегу, понимая, что наступила зима, а по цветкам на клумбах – что пришло лето. Она была поглощена своими мыслями – о Коле, о себе, о себе и Коле.

Она вроде и не сошла с ума, но забыла, что он умер, и вместе с тем знала, что он не придет. При этом у нее не было на него обиды – она откуда-то знала, что он не может придти.

То ли в высших сферах, а то ли просто в управлении решили, видать, что с нее хватит: ее выпустили условно-досрочно. Однажды летом она вышла за ворота колонии с чемоданчиком и некоторым количеством денег в кармане. Коля почему-то не встречал ее, но она не обиделась – подумала, что встретит.

Она поехала в город. Какая-то сила вела ее, и вдруг Ирина увидела себя на железнодорожном вокзале, чувствуя, что ей здесь что-то надо найти, но не помня – что. Она стояла на перроне, оглядываясь. Люди текли мимо нее, удивленно глядя на эту женщину, выглядевшую, словно потерявшийся ребенок. В конце концов к ней подошел милиционер, спросил документы, и, узнав, что из документов у нее есть только справка об освобождении, велел валить отсюда подальше.