Двуллер-2: Коля-Николай

Мать уже готова была сменить гнев на милость, но тут же одернула сама себя – ведь эта женщина, почти старуха, охотилась за ее сыном. Ирина уловила эту перемену и поняла, что ничего хорошего в этом вечере не будет, зря они сюда пошли.

Да еще ей было неуютно от того, что слишком много приходилось врать. Не скажешь ведь, что замужем, и что ребенок есть – а если к 30 годам замужем не была и без ребенка, так еще подозрительнее. Ирина видела, что мать Грядкина не сводит с нее глаз. «Подозревает… – подумала Ирина. – Чует материнским сердцем – что-то не так»… Она вдруг подумала: вот было бы хорошо, если бы когда-нибудь и Мишка вот так привел бы к ним в дом свою девушку, и вот так же, как Грядкин сейчас, ловил взгляд матери – одобрит или нет.

«Поди и я бы за своего сыночка этой девке глаза выцарапать была бы готова… – внутренне усмехнулась Ирина. – Мать она и есть мать»… Тут же она подумала: что же, выходит и Нэлла Макаровна права в том, что до сих пор не отпускает от себя сына, не дает ему самостоятельно ни вздохнуть, ни чихнуть? С этими мыслями Ирина ушла в себя и мать Грядкина заметила это. "

"– Аферистка она… – говорила она потом, когда ужин этот кое-как кончился и Николай с Ириной ушли, мужу. – Видел, сколько ей лет. Проплясала свою молодость, порхала, как стрекоза, провыбиралась, а сейчас хоть за кого, лишь бы замуж! Вот помяни мое слово, сама они к Николаю в постель прыгнула, сама! Окрутит Колю…

Виктор Грядкин вспомнил, как много лет назад он впервые проснулся с ней в одной койке и как не мог в то утро вспомнить ее имени.

«Ну и что? – подумал он вдруг. – Живем же. Как люди живем».

– Нина, брось… – вдруг сказал он. – Мальчик взрослеет. А она женщина неплохая, это же все равно видно. Лишнего не говорит, не напивается, песни не горланит – воспитание, хоть и из деревни. Привел бы Коля свою ровесницу, фиг бы ты дождалась, чтобы она тебе на кухне помогала, да потом еще посуду с тобой вместе мыла. Так?

– Ну… Так… – нехотя признала мать. – Но попомни мое слово – не доведет она Колю до добра…

В новогоднюю ночь они были одни.

В полночь налили шампанское, чокнулись гранеными стаканами.

– Загадывай желание… – сказал Грядкин, когда куранты начали бить.

– И ты… – сказала она.

– А я уже… – ответил Грядкин. Он подумал: «Хочу, чтобы мы всегда были вместе, и чтобы у нас все было хорошо!».

– Ну и я сейчас загадаю… – сказала Ирина и задумалась – что же загадать? Она уехала из дома, как-то невразумительно пояснив Александру, что едет к матери в деревню.