Двор Тумана и Ярости

Вместе с войском Принца Дрэйкона. Мы с Мириам были подругами, как теперь с Фейрой. И ваши предки — королевы подписавшие Договор… Они также были моими подругами. И когда я смотрю на вас… — Мор зарычала, — Когда я смотрю на вас, я не нахожу никакого сходства с теми великими женщинами. Смотрю на вас и понимаю, что им было бы стыдно за вас. Вы смеетесь над возможностью мира? Над тем, что мы можем установить его между двумя нашими мирами? — Голос её сорвался, и Азриэль незаметно подошел ещё ближе к ней, хотя его лицо ничего не выражало.

— Мор, — мягко проговорил Рис.

Секрет, поняла я, секрет который хранился в течение этих пятисот лет.

Секрет, давший толчок мечтам Риса, мечтам о его Дворе.

Земля, где два мечтателя нашли воплощение своих снов о мире меж двумя народами.

Земля, где не было Стены. Не было ни железных талисманов, ни стрел из ясеня.

Старая королева и золотая вновь обменялись взглядами.

Глаза старшей сверкали, когда она сказала:

— Нам необходимы доказательства. Если ты не такой Высший Лорд, как утверждает молва, докажи это. — Докажи, что ты такой, как говоришь — мужчина, мечтающий о мире.

Был лишь один способ. Только одна возможность доказать это.

Веларис.

Всё моё тело содрогнулось в ужасе перед необходимостью открыть этот секрет этим… паучихам, рассказать правду об этом дивном городе, этом сокровище…

Рис поднялся одним плавным движением. Королевы тоже встали. Голос его звучал словно темная безлунная ночь, когда он произнёс:

— Хотите доказательств? — Я задержала дыхание, моля, моля чтобы он ничего им не говорил. Он вдрогнул, серебряные нити его камзола отразили солнечный свет. — Я их предоставлю.

"— Никто не смеет нам приказывать явиться, ни люди, ни бессмертные — отрезала золотая королева.

Возможно, поэтому они так тянули с ответом на наши письма. Это были их игры во власть.

— Тогда, приходите, когда захотите, — прорычал Рис с такой яростью, что охрана все как один сделали шаг вперёд. Кассиан лишь усмехнулся в их сторону, лишь улыбнулся, и те из них, что были самыми мудрыми, побледнели.