Двор Тумана и Ярости

— Миссис Лоран, приготовьте чаю и подайте его в гостиной.

Экономка посмотрела в сторону лестницы, затем на Элейн, а потом на меня.

На призрака среди снега.

Одарив меня взглядом, сулящим смерть, если я только попробую причинить вред моим сестрам, женщина направилась в дом, оставив меня и все еще тихо плачущую Элейн.

Но я переступила порог и посмотрела на лестницу.

Туда, где стояла Неста, положив руку на перила, и смотрела на меня как на привидение.

* * *

Дом был прекрасен, но было в нем что-то нетронутое. Что-то новое, по сравнению с возрастом и приятной изношенностью и уютом дома Риса в Веларисе.

И сидя перед резным мраморным камином в гостиной, все еще с накинутым капюшоном, и протянув руки к ревущему огню, я чувствовала… чувствовала, будто они впустили в дом волка.

Призрака.

Я стала слишком большой для этих комнат, для этой хрупкой смертной жизни, стала слишком выделяющейся и необузданной, и… могучей.

И я также собиралась надолго привнести все это в их жизнь.

Я не знала, где были Рис, Кассиан и Азриэль.

Неста выглядела все такой же, но более взрослой. И дело было не в ее лице, как и прежде надменном и прекрасном, а… в ее глазах и в том, как она держалась.

Сидя напротив меня на небольшом диване, мои сестры рассматривали меня и ждали.

— Где отец? — спросила я. Похоже, это было самым безопасным, что я могла спросить.

— В Неве, — ответила Неста, назвав один из крупнейших городов на континенте. — Торгует с какими-то купцами из другой части света. И присутствует на собрании по поводу угрозы за Стеной. Той самой угрозы, о которой, как я предполагаю, ты вернулась нас предупредить.

Ни слов облегчения или любви — никогда от нее.

Элейн взяла свою чашку с чаем.

— Фейра, какова бы не была причина, мы рады видеть тебя. Живой. Мы думали ты…

Я откинула свой капюшон, прежде чем она продолжила.

Чашка Элейн задребезжала о блюдце, когда она заметила мои уши. Мои более длинные, изящные руки… и лицо, которое несомненно было фейским.

— Я была мертва, — резко сказала я. — Я была мертва, но потом я переродилась — я была сотворена.

Элейн поставила трясущуюся чашку на низкий столик между нами. Янтарная жидкость расплескалась по блюдцу.