Двойное сердце агента

– У меня только полтинник… – сказал он.

– Ну, давай полтинник, – согласился Олейников.

Зорин нехотя протянул купюру.

– Смотри, – продолжил Олейников, – кладем брусочек отверстием вниз на бумажку, в нашем случае на купюру, на которую мы хотим нанести микрошифр… вот так… Потом пишем на любой другой бумажке сообщение…

Олейников вырвал листок из блокнота, что-то быстро написал на нем и положил текстом вниз на стеклянную поверхность бруска.

– …кладем его текстом на стекло, прижимаем и сбоку на брусочке нажимаем кнопочку.

Олейников поднял брусок – на пятидесятирублевке появилось маленькое черное пятнышко.

– Так… – сказал Олейников, копошась в металлической коробочке, – теперь здесь должен быть пенальчик с линзами…

Олейников достал миниатюрный пенал, вынул из него линзочку и положил ее на пятнышко.

– Смотри, – сказал он, – текст с бумажки в уменьшенном размере, неразличимом для глаза, перенесся на купюру. Только глаз – как можно ближе к линзе.

Зорин приложил глаз к линзе и прочел вслух:

– Квадрига…

– Точно! Молодец! Читать умеешь… – рассмеялся Олейников.

– А что это значит – «квадрига»? – спросил Зорин.

– Это канал.

– Не понимаю… – мотнул головой майор.

– Вот и я раньше не понимал, а теперь дошло! – довольно потер руки Олейников. – Помнишь прослушку американского посольства? После получения посылки от сотрудника посольства они приняли решение прекратить все прямые контакты и общаться исключительно по каналу «Квадрига» – мол, так безопаснее…

– Ну да… – кивнул Зорин.

Олейников взял в руки абонементную книжку.

– А что украшает портик Большого театра? – спросил Олейников, показывая на изображение на обложке книжки.

– Колесница… – задумчиво произнес Зорин, – четверка лошадей… Квадрига!

– Молодец! – похлопал его по плечу Олейников. – Можешь же, когда захочешь!

* * *Вечером пошел снег.

Правительственный ЗИС-111 промчался по улице Горького и остановился у ярко освещенных витрин «Гастронома № 1», который в народе упрямо продолжали называть «Елисеевским» – в честь его бывшего владельца купца Григория Елисеева.

Из лимузина появился Романский и в сопровождении помощника прошел в магазин.

В гастрономе толпились покупатели, на них то и дело покрикивали продавцы:

– Гражданин, че, не видите, – весь товар на прилавке!..

– Одна пачка масла в одни руки!..

– Вас вон сколько, а я – одна!..

Романский остановился у молочного отдела, где долговязый покупатель с лицом доцента спорил с упитанной продавщицей.