Двойня после развода (СИ)

– Сколько тебе лет?

– Девятнадцать.

Удивлённо вздергиваю бровь и получаю в ответ смешок.

– Ага, а выгляжу на шестнадцать.

– Зато я выгляжу на тридцать пять, а мне всего тридцать.

Лиля переводит на меня оценивающий взгляд, и в её глазах вспыхивает смех.

– Нет, точно не выглядишь. Ты очень красивая, – она замолкает, и её глаза тухнут. – У меня в детстве кукла была похожа на тебя.

И почему-то меня радует, что она тоже ко мне обращается на «ты».

– Там Наиль что-то купил. Посмотрим? – киваю на пакет, который Таранов оставил в ногах.

Лиля загорается любопытством и кивает. Достаю йогурты, мягкое мороженое с клубничным вкусом и ягоды."

"– О-о-о, ну он, как всегда, пытается меня накормить, – закатывает глаза Лиля.

Смеюсь. Типичный подросток, который бунтует против всего.

– И правильно делает. Я, когда неважно себя чувствовала, тоже много ела, потому что подруга почти впихивала в меня еду для энергии.

Лиля перестает улыбаться и становится серьезной.

– А что с тобой было?

Замираю и решаю, рассказывать ли ей про малышек.

Сажусь на диванчик и сжимаю влажные ладони коленями. Набираю побольше воздуха в легкие, чтобы начать рассказ.

– Я долго и часто лежала в больнице, чтобы сохранить своих дочерей.

Ощущаю на своём лице внимательный взгляд сестры Наиля и приказываю себе не отступить и рассказать все до конца.

– И вот, Таня, моя подруга и врач, которая пыталась сохранить мою беременность, постоянно меня кормила то фруктами, то мясом, чтобы силы меня не покидали и я смогла выносить.

Поднимаю взгляд на замершую Лилю. Она медленно моргает и о чем-то сосредоточенно думает.

– Это дети Наиля, да?

Киваю.

– Значит, – она делает паузу, и на её лице появляется слабая ухмылка, – ты скрывала от моего брата ещё и детей?

Острие обвинения впивается точно в сердце.

– Так получилось, но теперь он все знает.

Умалчиваю о том, что знает Таранов о собственных детях не потому, что я сама ему сказала.

Кошусь на дверь в палату. Куда же пропал Наиль? Его уже долго нет, и я начинаю нервничать. Понятия не имею, о чем ещё можно поговорить с Лилей, тем более после того, как её настроение снова поменялось. Вот только что она улыбалась, а теперь плотно сжимает губы и не смотрит в мою сторону.

И он словно слышит мои мысленные призывы.