Двое в лодке, не считая контракта (СИ)

Любовники? Нет, точно не в этой жизни. Либо это самая неоднозначная пара планеты. Но тем не менее, Далтон советует Нилу, какой выбрать шарф. Надо же, насколько они близки, что обсуждают подобные вопросы. Интересно, носки они тоже на общем совете выбирают? Созваниваются и обсуждают, какой материал лучше и какие резиночки не жмут. Нил потом обязательно напишет об этом статью: «Что в своих кроссовках прячут альфы?» или «Какие носки помогут вам удержать альфу». Или даже «Путь к сердцу альфы лежит через его ноги: выбирайте носки правильно».

Томас захихикал от собственных мыслей и на него с опаской покосился Пол.

— Что это ты? Нервное?

— Нервное, — кивнул Хейли.

Подарок был куплен. Тщательно упакован. И оставлен Полу на хранение до востребования. Омеги даже успели съесть по гамбургеру перед тем, как уйти. К вечеру в молле стало совсем людно и шумно. Даже на катке, который был как раз напротив закусочной, образовалась очередь. Томас осознал, что давно не катался на коньках, не ходил в кино, да и вообще мало чем себя развлекал в последнее время, кроме как короткометражным обществом своего супруга, либо такими вот встречами с друзьями.

Омега посмотрел на уплетающего громоздкий бутерброд Пола и улыбнулся. Пол был похож на обезумевшего от счастья хомяка. Видимо, изголодался за день.

Парни вышли на улицу. К вечеру заметно посвежело, все же без солнечного тепла зима давала о себе знать. Томас кутался в шарф и ожидал такси. Можно было поехать и на автобусе, но почему-то очень тянуло домой.

«Домой?» — омега и сам удивился такой трактовке своего сознания.

Однако, после того, как Тому выделили мастерскую, квартира Далтона действительно стала казаться более домашней. Свой угол для сна — это совсем не то, что свой угол для творчества. Хейли нравилось, что теперь не надо было разрываться между студией в кампусе и квартирой. Кладовая была прекрасна во всех отношениях, и вообще называлась кладовой скорее формально. Это была полноценная комната, просто небольших габаритов.

И освещение там было просто чудесное. Томас перетащил туда весь свой нехитрый инвентарь и даже кинул матрас с подушками. Ему так нравилась атмосфера в мастерской, что даже работать за компьютером он предпочитал перебираться именно туда. В то единственное мансардное окно по ночам было видно небо с многочисленной россыпью звезд. Вот и сейчас Томас хотел как можно быстрее добраться до квартиры, сделать зеленый чай в термосе и запереться в своей творческой келье.