Двенадцать дней Коляды

– А как насчет слухов о том, что для женщин они более чем бесполезны?

Дарий собрался было ответить, но Варна его опередила:

– Они бесполезны, как и желторотые юнцы, которые болтают без умолку. Язык без костей, да, Владлен?

– В этом деле язык без костей – это скорее плюс.

Показалось, что Дарий сейчас свернет ему шею. Рыж отвесил мальчишке подзатыльник, тот усмехнулся, подхватил пищаль и подмигнул. Варна ответила ему хмурым взглядом.

– Твоя слава опережает тебя. – Рыж пожал плечами. – Малец всю жизнь хотел охотником стать, вырос на байках о вас.

– Так о нас уже байки рассказывают? – спросил Дарий. – Очень интересно.

– Начало Мрачного Взвода, заклинательница мертвых, еще бы.

– Я не заклинательница. – Варна посмотрела на мужика. – Так ты тоже в эту чушь веришь?

– Факт есть факт – вот она ты, вот он покойник, – ответил Рыж.

– Какие же вы темные. – Она встала. – Пойдем, пока я не решила выбить эту дурь из ваших голов.

– А мне нравится эта дурь, можно она останется? – Владлен улыбнулся.

Несмотря на кажущуюся веселость, мальчишка явно побывал в нескольких серьезных переделках – на веснушчатом лице уже есть шрамы, один из них рассекает бровь надвое. Судя по всему, парень едва не лишился глаза.

Увидев ее взгляд, Владлен потянулся к лицу и смущенно пробормотал:

– Ветка. В двенадцать лет решил на лошади по чаще прокатиться.

– Я уж было подумала, что ты в бою его получил.

– В бою я получил вот это.

Он расстегнул ворот рубахи и оттянул ткань в сторону. Варна увидела глубокие шрамы у основания шеи, тянущиеся вниз, к груди.

"– Та тварь вцепилась намертво и повисла на мне. Ни в какую отцепляться не хотела, сползала вниз вместе с плотью.

– Больно, наверное.

– Показалось, что с костей мясо сдирают. – Владлен не выглядел расстроенным.

– Если начнем шрамами хвастаться, то вы все проиграете. – Дарий откинул волосы с лица.

– Откуда на тебе боевые метки? Ты же помер совсем мальчишкой, – удивился Рыж.

– Не заставляйте его… Да гореть вам в пламени, – выругалась Варна.

Дарий демонстративно приподнял рубашку, оголяя исполосованный шрамами живот. Мужики одобрительно загудели, а она сплюнула на землю и пошла в лес. Они что, вообще никогда не взрослеют? Что мальчишка, что эти два великовозрастных дурака! Сидят, хвастаются ранами, каждая из которых могла стать для них смертельной. Лучше бы во Взвод брали только женщин.

Хвастовство боевыми ранениями благотворно сказалось на атмосфере в их небольшом отряде.