Две полоски для плейбоя

Открываю рот, чтобы ответить дерзко, но когда подушечка большого пальца нажимает на мою нижнюю губу, застываю. Ни единой связной мысли не остается.

– Прости, не смог отказать себе в этом. Они натуральные?

Не успеваю ответить. Рука Эмина ложится на мой затылок. Наклонившись, он проводит языком по моим губам. Дразнит, играет. Шепчет едва слышно:

– Расслабься.

Овладевает моими губами властно, самоуверенно. Льну сама к нему. Отвечаю на поцелуй, забыв обо всем на свете. Я даже не грезила о таком. Не подозревала.

Глухо всхлипываю.

– Вот видишь. Я знал, что ты хорошо прячешь свой огонь, – довольно посмеивается Кайсаров, отрезвляя меня.

Пытаюсь вырваться.

– Тссс. Тише, девочка.

Ладонь Эмина ложится на мои ягодицы.

– Что ты делаешь?

– Тебе понравится.

– Нет!

Эмин меня не слушает, его теплые чувственные губы касаются моих, напористо, жадно. Я замираю, принимая поцелуй. Первый в моей жизни. Это так изысканно.

Умру, если он прекратит целовать меня. Таю в сильных руках, мое дыхание прерывисто, а пульс зашкаливает. Фоном отмечаю собственные стоны.

Эмин усиливает напор, нагло толкается языком внутрь, выписывая узоры, даря уверенные ласки.

Его рука ложится мне на спину, нащупывает застежку платья.

Это отрезвляет меня. Будто толкнули в ледяную воду. Мой первый раз не может быть таким!

Мысль помогает отстраниться, вырваться из объятий.

– Тише, малышка. Не будь такой нервной. Тебе же нравится.

– Мне не нравится, – выпаливаю, все еще задыхаясь.

Омуты его глаз становятся бездонными. Опасными. Опускаю взгляд вниз, понимая, что мне не справиться с ним. Прежде всего, потому что Кайсаров слишком опытен во всем подобном.

– Иди ко мне. Я не обижу.

– Я хочу уйти. Пропусти, пожалуйста, – отвечаю твердо. Эмин продолжает преграждать путь к выходу. А я все более стремительно «трезвею». Понимаю, зачем он сюда меня привел и от этого так противно!

– Лизок…

Отшатываюсь.

– Я Лика! – желание ударить по красивой морде просто нестерпимо.

Лицо Эмина портит кривая усмешка.