Ребёнок от босса. Научи меня любить

Мы въезжаем в просторный двор, весь усаженный деревьями, кустарниками и цветами, которые наверняка красиво цветут летом. На довольно широкой парковочной площадке уже стоит ещё одна машина кроме нашей. Ну, то есть, кроме Воронцовской… Я перевожу вопросительный взгляд на босса. Тот обречённо вздыхает.

– Стас тоже здесь.

Ну, блин. Вот уж замечательно. Ещё и брат Воронцова приехал. Он вообще какой-то беспардонный и постоянно вгоняет меня в краску.

Не ясно даже, как у такой тактичной и вежливой женщины выросли эти двое…

– Только не нервничай, ладно? Я буду рядом.

От этого его «живём вместе и любим друг друга» у меня в животе закручивается огненный вихрь. Воображение услужливо подбрасывает картинки, как мы с Воронцовым валяемся по утрам в постели и смотрим какой-нибудь глупый фильм.

Что это за мысли такие вообще?!

Мне плохо…

Ладно, что хоть тему про переезд он пока не поднимает, но в памяти будто специально всплывают слова «ты как наваждение…»

Проклятье!

От неожиданного напряжения в нижней части живота, я начинаю ёрзать по сидению.

– Ты в порядке? – недоумённо смотрит на меня босс, окинув внимательным взглядом.

«Из-за вас я вообще никогда не в порядке!» – мысленно рычу, но вслух говорю лишь:

– Э-э-э, да. Нормально.

– Тогда пошли.

Изнутри дом не выглядит таким внушительным. Внутреннее пространство как раз полностью отражает характер и личность матери Воронцова.

Меня очень впечатляет, когда пройдя через гостиную, мы вдруг оказываемся на просторной лоджии, полностью застеклённой, а за окнами буйными красками рассыпаются красно-оранжевые деревья. Здесь много воздуха и света. Хочется глубоко вдохнуть и утонуть в этом аромате, к которому примешивается запах еды.

Ольга Андреевна суетится возле большого обеденного стола. Брат Глеба Викторовича, Стас сидит в плетёном кресле и говорит по телефону, но заметив нас, быстро прощается и убирает мобильник в карман брюк.

– Наконец, вы приехали! – широко улыбается Ольга Андреевна и указывает на стол. – Скорее садитесь. Пока всё горячее. Что-то вы долго ехали.

– Пробки, мам, – поясняет Воронцов.

Затем он подходит к маме и целует её в щёку.