Два подарка от бывшего

Катя тоже это почувствовала, хоть и наверняка будет отрицать.

В первый момент я был очень зол на ее подругу за то, что та пришла так не вовремя. Однако, чуть позже, остыв и успокоившись, я понял, что она буквально наш ангел, спустившийся с небес, дабы мы не испортили второй шанс, что так щедро подкинула нам вселенная. А физический контакт точно не способствовал бы установлению долго и счастливо между нами с Катей. Только не сейчас, не сиюминутно, и даже едва ли в ближайшую неделю, а то и месяц.

Катерине нужен не мимолетный контакт.

Глава 38

Катя

Совет Светы, как я и предполагала, мне не нравится. По ее мнению нужно хватать Диму, пока он тепленький, и все, что только возможно, выбивать из него.

А что из него выбить? Гардероб для детей на следующий год жизни? Запас подгузников? Разве что только это.

Тоже неплохо, скажут многие и будут правы. Матерям–одиночкам любая помощь не лишняя, да только мое внутреннее состояние никто не учитывает. Я рядом с Димой чувствую себя словно на пороховой бочке, нахожусь в ожидании, что вот–вот рванет, фитиль подожжен, просто он длинный очень, повезло не сразу подорваться.

– Катя, что ты теряешь? – прагматично вопрошает Света.

Конечно, она чувствует мое настроение, мне можно молчать, а она сама неплохо додумает происходящее в моей голове.

– С одной стороны ничего, а с другой все, – произношу фаталистично.

– Да не будет он у тебя детей забирать, это не так–то просто сделать, если сразу не записан в графе «отец»! – эмоционально восклицает Света.

– Он не один, у него есть свой папа и мачеха, а они люди не совсем адекватные. Мачеха уж точно, – напоминаю мрачно.

– Жена Александра однозначно не будет ничего решать, – отмахивается от меня подруга, – он ее и в первый раз приструнил, ты рассказывала.

– Приструнил, – согласно киваю, – а потом сам меня отправил на аборт.

– Потому что считал, что и тебя, и его сына впереди ждет долгая и счастливая жизнь порознь.

– Ты теперь его защищаешь? – вскрикиваю раздраженно, пугая детей.

– Тшш, не нужно так нервничать. Я всего лишь пытаюсь думать, как Александр, и как Дима, и как ты.