Два принца для Занозы

Пришлось идти на поклон к ректору университета и сообщать о произошедшем. Но особо ничем не помог. Были опрошены студенты-демоны и наши адепты.

Софья как сквозь землю провалилась. В учебном корпусе не появлялась, в общежитии никто не видел.

Страшного с ней ничего не случилось. Это я знал точно. Далеко не ушла — почувствовал бы по нашей связи. Жаль, что она не помогает определить её местоположение.

Устав, я вернулся в выделенный нам кабинет. Стоило занять место за рабочим столом, как дверь приоткрылась.

— Аристарх Валерьевич, я всё могу объяснить, — с порога начала Софья.

Не смог сдержать вздоха облегчения. Нашлась-таки пропажа. Меня накрыло ураганом эмоций: от желания придушить до желания сжать в объятиях.

— Во что вы опять вляпались?

Девушка застыла на месте, опустила взгляд.

Так и думал. Ни дня без приключений.

— А ругать за месть демоницам не будете? — заискивающе спросила дель Эмэй.

— Естественно, буду.

— Тогда не расскажу. Ведь тогда вы меня вообще придушите, — вздохнула Заноза.

Я внимательно посмотрел на неё.

— Вы были во дворце? Именно оттуда растут ноги у ваших неприятностей?

Девушка открыла рот и округлила глаза.

— По причёске догадались?

Просто кивнул. Откинулся на спинку кресла, сцепил руки в замок и приготовился слушать.

— Ну-у-у…Всё началось с дурацкого букета.

Во время рассказа Софья ходила из угла в угол, размахивала руками, бросала на меня взгляды, краснела и бледнела. Закончив, устало присела на стул у стола. Во взоре была надежда.

И вот он мой шанс. Мысленно потёр руки. Это же самое простое решение всех наших проблем. Вернее, моих. Софья же множит проблемы со сверхскоростью, и их, похоже, не решить за всю жизнь.

— У меня есть предложение. Оно покажется вам довольно странным, но поможет выйти из этой весьма непростой ситуации.

Девушка захлопала ресницами. Лицо её вытянулось.

— Странным? Да меня уже пугает ваше спокойствие. А где же крики? Где угрозы наказанием? Аристарх Валерьевич, с вами что-то демоны сделали?

Губы против воли расползлись в улыбке. Видимо, выглядело это зловеще: Софья перекрестилась.