Проданная ему

Поэтому прикусываю его палец, наблюдая за реакцией. Глаза напротив превращаются в черную дыру. Страшно и любопытно. А еще я ему верю. Больно не будет.



19"

"Размазывает влагу по губам, склоняется и целует. Властно и нетерпеливо. Цепляюсь за его плечи, сжимаю ткань рубашки, жмурюсь от остроты ощущений. Обнажённая кожа покрывается мурашками, когда его ладони касаются моей спины, опускаются ниже, оглаживают мои ягодицы. Резко прижимает к себе, чувствую его желание. Просовываю между нами руку и поглаживаю член сквозь ткань брюк.

Не к месту в голову лезут мысли об Артёме. С ним я всегда была какой-то зажатой, стеснялась своего тела, боялась совершить не те движения, которые бы рассердили мужа. Многое в начале наших отношений не принимала, не понимала, потом прогнулась где-то добровольно, где-то принудительно.

Руслан отстраняется, чёрные глаза пылают, обжигают моё лицо. Он пристально всматривается сначала мне в глаза, потом смещает порочный взгляд вниз, и кожа горит, сгорает живьём.

— У тебя очень красивая грудь, — нотки хрипотцы действуют на нервы, натягивая их как струны, заставляя звенеть.

Прикосновения его пальцев к соскам, вызывают шторм между ног. Пока ещё не чрезвычайное положение, но на грани. Втягиваю живот, выпячиваю грудь вперёд. Осторожно оглаживает кончиком указательного пальца ареолу, взгляд тяжелеет, а на губах застывает порочная улыбка. Сердце грохочет так громко, что мне становится стыдно за свое волнение.

Сумасшедшая. Мне нужно бежать домой, не оглядываться, не думать об этом человеке, потому что ничего между нами серьёзного не будет.

Вагон моих проблем не исчезнет, дочь все равно у меня на первом месте, потом проза быта и жизни, и только потом мужчина с перспективами на будущее. Лёгкие отношения мне ни к чему. Но мысли исчезают, когда Руслан нагибается и облизывает языком сначала один сосок, потом другой, при этом не прикусывает зубами, не втягивает болезненно в рот. Эта осторожная ласка распаляет ещё больше.

— Нравится? — дует на влажную кожу, покрываюсь мурашками от контраста тепла и холода.

— Да… — выдыхаю свой невнятный ответ, не в состоянии говорить более связно. Я все ещё держусь за его плечи, для меня он сейчас нечто большее, чем опора, в данную минуту.

— Не боишься? — непонимающе смотрю на строгое лицо Руслана.

— Нет… — нет страха, с которым я так долго живу, который напоминал о себе только в момент близости с мужем. Я хочу Руслана, хочу трогать, целовать, хочу быть дерзкой, как никогда в жизни.