Душа Огня

Он в бешенстве!

А вслед за Глуном в гостиную ворвался декан Фиртон, огромный и мощный, как медведь. В его правой ладони сверкал ослепительно-яркий пульсар, а левая рука была согнута в локте, и на ней висел огненный щит. И настроение у декана тоже не из лучших.

Я, опешив, застыла, Дорс изумленно вытаращил глаза, а вот Каст… Каст, похоже, действовал на рефлексах. Рыжик стремительно перетек в стойку, зеркальную той, в которой застыл Глун. Ладони «его величества» охватило пламя, из груди вырвался рык.

Мгновение маги, замерев, смотрели друг на друга, а потом пришло осознание.

Руки куратора опустились, и тот облегченно вздохнул. Огонь, охвативший ладони Каста, тоже погас. От угрожающей позы пижона не осталось и следа, а на место агрессии вновь вернулась усталость. Последним опомнился Фиртон. Щит, который полыхал на руке декана, медленно растаял в воздухе, а зажатый в ладони пульсар бисером осыпался на пол.

— Где вы были? — процедил Глун, тараня пижона гневным взглядом синих глаз.

А потом этот взгляд устремился ко мне, и я… Блин блинский!

Вот, казалось бы, о чем я должна была подумать в такой момент? Правильно. Я должна была подумать о чем-то серьезном! В конце концов, нас чуть не убили, а теперь в гостиную Каста буквально вломились эти двое, и выражения их лиц не предвещали ничего хорошего. А я… я свое пробуждение этим утром вспомнила!

Щеки мгновенно опалило жаром, сердце застучало с утроенной силой, по спине пробежали мурашки.

Но все это не очень-то помогло, потому что в следующий миг я услышала тихое:

— Дарья? Даша, что с тобой?

Бли-ин!

И самое ужасное, что ограничиться простым вопросом Глун не пожелал. Он стремительно приблизился к креслу и, властно ухватив за подбородок, заставил меня посмотреть ему прямо в глаза. После чего требовательно повторил:

— Что случилось?

Вот лучше бы я сдохла в том подземелье! Потому что утонуть или разбиться о воду точно приятнее, чем сгореть со стыда!

А я горела, и еще как! Я чувствовала тепло его руки, и сердце по-прежнему колотилось как шальное.

— Да что с тобой? — вновь повторил Глун. Теперь в его голосе звучала тревога. — Ты ранена?

«Да! Я ранена! — хотелось выкрикнуть мне.