Душа по обмену

Не разрушит ли эта дерзкая просьба образ прежней Лесты окончательно, хотя от него и без того уже мало что осталось.

Занятия тоже прошли вполне спокойно. Однокурсницы на меня, конечно, пялились, но расспрашивать никто не рискнул, зато преподаватели общались гораздо мягче и обходительнее, чем прежде. Так что в мой отвар на траволечении ничего лишнего больше не подкидывали, да и в столовой сегодня никто не падал — за дисциплиной строго следила эйра Конран. Видимо, директриса всем сделала внушение. Не знаю, сколько это продлится, но пока всё идёт неплохо.

Воодушевлённая, я снова вернулась к мыслям об отдельной или хотя бы свободной от Регалы комнате и, подходя к лазарету, уже фактически настроилась после работы поговорить об этом с директрисой.

Голос голодающей от несчастной любви девчонки я узнала сразу. Звучал он сегодня намного бодрее, решительнее и требовательнее, чем в прошлый раз. Правда, о чём шла речь, я не разобрала. Подошла ближе к приоткрытой двери кабинета, из-за которой раздавались звуки и прислушалась.

— Ещё раз повторяю, у меня нет зелий, увеличивающих ресницы, удлиняющих волосы и отбеливающих зубы. И румян тоже нет! — сердито отрезал Блордрак. — Тут вам не косметическая лечебница, вернитесь в палату, адептка Ольбиган, и не отвлекайте нас от работы!

Ого! Похоже, кто-то решил последовать моему совету и основательно взялся за улучшение внешности. Девушка выбежала из кабинета, излучая недовольство, и скрылась в палате, не заметив меня. Я хотела было последовать за ней, но услышала несколько фраз из диалога целителей и остановилась.

— Зиэлда, что с ней случилось? Галлюцинации от голода начались? — продолжал ворчать Блордрак. — Вчера умирать собиралась, от еды отказывалась, а сегодня ожила и весь мозг вынесла. Выписывай её, давай, некогда нам ерундой заниматься!

— Рано, вес добрать нужно. А ожила после того, как Леста с ней поговорила, — «заложила» меня целительница.

— Леста, значит? Что-то она в последнее время стала слишком разговорчивой. Раньше за ней такого не наблюдалось.

От вкрадчивого тона Никея мне стало не по себе. В его голосе отсутствовало привычное пренебрежение, зато подозрительности и настороженности было хоть отбавляй. Блин, рано я расслабилась, посчитав его пустоголовым болваном. Он что-то подозревает!

— Да, девочка изменилась, — согласилась Зиэлда, расстроив ещё больше — и эта туда же! — И именно после ночи Ёхвы.

После этой фразы я фактически вросла в пол и перестала дышать. Ничего себе намёки.