Душа по обмену

Мы шли по красивейшему парку, щедро украшенному пёстрыми, яркими цветниками, узорчатыми дорожками, великолепными фонтанами, красивыми скульптурами, декоративными фонариками в виде цветов и живописными беседками. Масштабнее, чем в школе, но в целом — то же самое. А вот такого грозного рыка, от которого сердце буквально провалилось в пятки, я там точно никогда не слышала.

— Что это? — спросила нервно, остановившись и начав лихорадочно озираться по сторонам.

Никея моя реакция позабавила.

— Тут неподалёку зверинец находится, — объяснил он с усмешкой и тоже замедлил шаг.

— И что на таких отработках делают? — Осмотревшись и не заметив поблизости никаких жутких монстров, я снова двинулась вперёд, стараясь выровнять сбившееся от страха дыхание.

— Вольеры чистят, корм меняют, навоз убирают.

— Бирозалвий, вероятно? — Вспомнив своё знакомство с этим видом естественных удобрений, я машинально поморщилась и даже как будто снова на секунду ощутила его убойный аромат.

— Бирозалвий ещё и тщательно перебирают, а потом расфасовывают, — со знанием дела заметил целитель.

Я невольно улыбнулась, представив его за этим занятием. Он ведь сам здесь не так давно учился.

— Наблюдение из личного опыта? Тебя тоже туда посылали?

— Иногда, — туманно ответил Блордрак, пожав плечами. И, задумчиво глядя вдаль, рассеянно добавил: — Мне там нравилось.

— Не могу не согласиться.

Забавно, впервые мы с ним в чём-то сошлись единодушно. Но при этом к категории людей, с которыми общаться хочется меньше, чем с животными, каждый из нас, вероятно, отнёс другого. И какие из нас союзники получатся? Надо как-то налаживать отношения, мне здесь больше надеяться не на кого. Вот только как?

— Кто там сейчас так жутко ревел? Дракон? — Я всё ещё надеялась увидеть этого огнедышащего крылатого ящера, однако, судя по тому, что слово прозвучало на русском, а в глазах собеседника отразилось недоумение, ни драконов, ни их подобия на Алнодоре просто не существовало.

— Не знаю о ком ты, это был шерзорнг. В сезон Иргаля они беспокойные.

Знакомое слово вызвало не самые приятные воспоминания.

— Тот, который мальчика чуть не убил?

Никей, слегка нахмурившись, кивнул.

— Да, но мальчик сам виноват. Шэрзорнг первым никогда не нападёт. А он знал, что нельзя и всё равно полез.