Дурман для зверя

А что если я вовсе не этого проклятущего волкокошака хочу, а просто секса? Ну не было такого раньше, ага, но если этот изврат просто открыл во мне… ну не знаю, какую-нибудь гребаную тайную комнату похоти, это же совсем не должно значить, что вход туда только ему одному. Чего же не попробовать — авось отпустит. Секс — он ведь всего лишь просто секс. Туда-сюда, мокро-потно. Все дело в настрое.

— А давай сходим! — с ненужным оптимизмом ответила я, и Володька от неожиданности чуть свой гаджет об пол не расхреначил.

 — Прямо сегодня, после работы.

— Ну супер, — сглатывая, заерзал парень. — Там как раз такая зачетная коме…

Придурок, будто мне и правда в кино с тобой интересно сходить.

— Вовчик, а у тебя есть место потом… м-хм, — я многозначительно подняла брови и потерла указательные пальцы друг об друга.

Мне так-то наверняка надо.

— Есть, — промямлил местный ловелас, выкатывая на меня изумленные зенки.

— Ну тогда заметано!

И, ободренная перспективой скорого возможного избавления от двухмесячного наваждения, я резво пошагала работать.

Глава 7

Конечно же она опять постриглась. Даже короче прежнего. Еще и волосы теперь рыжие стали, а не черные, и бровь проколола. Словно вызов мне бросала этим, пусть и понятия не имела, что за ней удаленно наблюдаю. Непокорная кукла. Знала бы ты, что каждое это изменение делало все только хуже. И для меня, и для тебя.

Ее черты сейчас стали казаться еще более рафинированно игрушечными, мультяшными — эдакое чертово идеальное личико-сердечко, с губами, на четкую прорисовку которых художник-создатель наверняка убил уйму времени, судя по результату. Долбаные, мать их, губки, что пока еще так и не коснулись моего члена и дергали за все нервы, буквально умоляя исправить такую оплошность. И я исправлю, уж будь уверена, кукляшка. Темные глазищи шокировали теперь сходу, не прикрытые больше длинной челкой.

Наткнуться на них взглядом было сродни ни с хера получить пощечину на ходу, причем работало это не только на мне. Я видел, как мужики будто спотыкаются, если им случается уловить тот момент, когда моя мелкая преступница случайно поднимала голову перед ними, тогда как обычно вечно ходила уткнувшись в пол и сгорбившись. И градус моего раздражения в разы возрос от столь неприятного открытия.