Дурман для зверя

А в России теперь за жестокое обращение с животными и посадить могут. Я же безопасник — нарушать законы мне нельзя.

Моя истинная закатила глаза, прекрасно видя меня насквозь, но я имею многолетний опыт делания невозмутимого выражения физиономии, так что уставился на нее как ни в чем не бывало.

— Родион, можно я своего парня на чай приглашу? — наконец сдавшись, спросила она.

Своего парня. Так-то по законам оборотней я тебе муж. Почти.

— Ну-у-у не зна-а-аю, может, я на него сначала взгляну и побазарю по-пацански, вдруг он козел и тебе не пара.

— Уваровы, вы невыносимы! Заходи, Захар. Но только на чай.

Само собой, чай. Много-много чаю, хоть порвись. Вечером и с утра за завтраком. И где-то между двумя этими событиями хитрющий Родька незаметно потерялся с ключами от моей квартиры.

— Пусть пропускают, — ответил я Людмиле, возвращаясь на земную твердь.

— Чем обязан? — сухо спросил у Федора, не предлагая присесть. Небось не барышня, ноги держат.

— Мне нужно с дочерью увидеться и поговорить, — не стал он ходить кругами. — Я знаю, что она с тобой. И не хочу ничего обострять, обходя тебя и моего сына, выискивая возможность сделать это без вашего ведома. Хотя мог бы.

— Не обольщайся на этот счет, — процедил я сквозь зубы.

— Я знаю, что ее охраняют, знаю, где она живет и куда ходит.

— Ты знать о ней не хотел двадцать лет, даже не интересовался тем, что мог заделать ребенка-полукровку. Обнаружив, что она есть, первым делом увидел в ней возможность нагадить моей матери через меня. А когда явился Родион, вообще решил сбыть ее с рук, как второсортный товар из прошлогодней коллекции. О чем, на хрен, ей с тобой говорить?

— Так все и было. Но прежде чем швырять камнями в меня, вспомни себя.

— А я от своих косяков не открещиваюсь и упорно работаю над их исправлением.

— Вот позволь и мне над тем же потрудиться, окажи такую любезность.

— Черт с тобой. Но если она откажется, ты отвалишь. Без вариантов.

Набрав Родьку, я все объяснил ему. Они с Аяной обещали приехать в течение получаса.

Пока ждали, в кабинете царила тишина. О чем мне с ним говорить?

— Кончай сверлить меня взглядом, мальчишка! — раздраженно зыркнул спустя минут пятнадцать Милютин.