Дурман для зверя

Всхлипнув, Аяна сама уже погладила меня по щеке, вырывая новый стон, скользнула пальцами к виску, зарылась ими в волосы, дальше к затылку, сокращая дистанцию между нами, и тут же положила вторую ладонь мне на лоб, слегка упершись. Будто хотела притянуть меня ближе и оттолкнуть одновременно. Меня же окончательно заколотило, колени ослабли, горло зашлось в спазмах, в глазах резь, и сердце грохочет, как булыжник в пустом ведре.

Вот то чувство, что роняет мужика на колени перед его женщиной! По-настоящему, не ради красивого жеста или соблазнения, секса, а ради одной только близости, единения.

Обнять, уткнуться лицом в живот, дышать всеми ее запахами, теплом тела, слушать вдохи, терять без малейшего сожаления всю свою природную жесткость под поглаживаниями тонких пальцев, перебирающих волосы. Вот оно. То самое. А вожделение… Оно потом. Никуда не делось. Скрутилось внутри жгучими тугими кольцами и просто ждет своей очереди. И вот так все наконец правильно. Легко. Без метаний и надрыва, вопросов «да с чего», «почему вдруг».

— Эй, сестренка, привет! — вторгся голос Родьки в миг моего парения, и чувствовался он сейчас ревом гребаного Чужого в Эдеме. Я ему врежу. Потом. — Слушай, вот ты, конечно, дала жару с этим побегом! Круто, но, блин, как твоим парням побыть героями и спасителями, если ты и сама все провернула?

— Моим парням? — Аяна, тоже, видимо, опомнившись от накрывшего нас общего наваждения, уже уверенно оттолкнула меня и отняла руку. — Захар, я тебя поговорить позвала, а не… хм-м.

— Твоим! Брату да истинному. Чьи же мы еще, по-твоему? За каким бы я еще в логово волчищ полез бы, если не за тобой?

— Родька! — сипло одернул его я. — Позже."

"— А… ну мы, если что, тут у стеночки постоим, — сразу же среагировал брат. — Однако сначала, вы меня простите, но… Обнимашки!

Он стремительно подскочил к Аяне и коротко стиснул ее в объятиях, так что она изумленно охнула, и сразу отпустил, отходя к Людмиле и Серафиме, старательно играющим роль неподвижных декораций.

Само собой, я бы предпочел остаться с Аяной наедине, но не мне сейчас выбирать.

— Кхм… — прочистила она горло, покраснев и опустив взгляд в пол, очевидно тоже почувствовав себя неуютно. — Присядь.

Аяна указала на стул, напротив того, на котором сидела, когда я пришел. Они были поставлены посреди помещения, и выглядело это до странности формально, как если бы мы тут собрались на некие официальные переговоры. Хотя, по сути, так и было.