Дурная кровь

Решение сдать Криду вначале одну комнату, а затем и весь подвал дорого обошлось Вайолет Купер. На суде она заявляла, что не имела ни малейшего представления о том, как использовался ее подвал, но лишь покрыла себя несмываемым позором, не сумев избежать подозрений и общественного осуждения. Ей пришлось взять себе новое имя и фамилию, которые я обязался не разглашать. «Я думала, он „голубок“: насмотрелась на таких в театре, – оправдывается сегодня Купер. – Пожалела его, вот и все дела».

Тучная женщина с обрюзгшим от возраста и пьянства лицом, она признает, что быстро поладила с Кридом.

Но в ответном письме Крид ни в чем не признался.

«Больной он, на всю голову. До меня только тогда дошло. Он что сделал: скопировал текст старой песни Розмари Клуни, которую мы распевали с ним вместе: „Давай-ка в мой дом“. Вы наверняка знаете… „Давай-ка в мой дом, в мой дом, обещаю тебе сласти…“ Тут до меня дошло, что ненависть у него ко мне такая же, как и к другим.

Однако на первых порах, в 1970 году, Крид, поселившийся в подвале, всячески обхаживал домовладелицу, которая не отрицает, что молодой жилец вскоре стал для нее чем-то средним между сыном и сердечным другом. Вайолет уговорила свою знакомую Берил Гулд, владелицу химчистки, доверить парнишке Дену доставку заказов, и в результате он получил в свое распоряжение небольшой фургон, который вскоре приобрел скандальную известность в прессе…"

"До станции «Лестер-Сквер» было двадцать минут езды.

Новость: я нашел д-ра Динеша Гупту, работавшего в 1974 вместе с Марго в кларкенуэллской амбулатории. Ему за 80, но в здравом уме; сегодня после обеда еду к нему домой в Амершем. Сейчас вижу, как Балерун завтракает в Сохо. Попрошу Барклая меня подменить и поеду к Гупте. Сможешь отменить встречу с Синоптиком и подключиться?

У Робин упало сердце.