Думаешь бьётся? (СИ)

И когда Ната выдает что-то похабное, а — ля — «Что за кума, что под кумом не была», тоже терпит, знает, что Киру я объяснила давно, что между нами ничего быть не может.

— Лёня с мелкой в парке гуляет. Пусть воздухом дышат. Твоего лишний раз не нервировать. Он ведь дома? — знает, что да. Костя к мужу её не ревнует, это тоже ей известно.

Киваю, приглашаю её пройти. В этот момент кряхтение из гостиной слышится. Выспались.

Опускаюсь на коленки рядом с малышками. Они внимательно смотрят на меня круглыми как бусинки глазками.

Соня тянет в рот ручку сестры и тут же причмокивая её сосать начинает. Меня переполняет восторг такой силы, что недолго лопнуть от удовольствия.

— Твои ноги стали, как две палки из жопки торчащие. С этим можно что — нибудь сделать? — голос Наты вторгается в задворки моего сознания.

— Чудесно у неё всё, и жопкой и с ножками, — Костя с балкона в квартиру заходит.

Понимаю — что-то не так. Он расстроен, сдерживается, но злится.

Прошу Наташу позвонить Лёне и на чай позвать, неудобно. Вручаю Косте Соню, сама забираю Лену, и прошу его помочь мне переодеть их, вспотели немного.

— Что случилось? — интересуюсь, когда мы остаемся без лишних ушей.

— Родион звонил, — он гостит сегодня у бабушки и дедушку — родителей Кости.

Внешне он выглядит спокойным, для неосведомленных людей, но я то знаю, какие стихийные бедствия творятся внутри. Его глаза выглядели так же, когда меня экстренно в больнице решили отправить, прямо из женской консультации. Сейчас реакция схожа. Но объект неприязни в этот раз не врачи, а его жена бывшая.

Последние месяцы Петя пять дней в неделю проводит с бабушкой и дедушкой. Маме некогда. При этом она против того, чтоб Петя жил с нами. Стоит ли говорить, что матери настроить ребёнка против кого-то не трудно.

— Забери его, — смотрю Косте в глаза. Пренебрежение к его бывшей жене мне скрыть тяжело. — Я знаю, что она против, поэтому не договорись, а забери. Через пару лет он спросит, почему девочки и Родион жили с тобой, а он с бабушкой и дедушкой.