Друг моего брата

– Точно, по правилам этикета я смогу тебя пригласить зайти только после третьего свидания, верно?

– Ты действительно думаешь, что меня волнует этикет, Полли?

– Вряд ли, – губы сами по себе расплылись в улыбке. – Но мне определенно нравится часть про “вся жизнь впереди”.

– Мне тоже, – он довольно улыбнулся и поцеловал меня висок: – Ты просто потрясающая. – Его губы легонько коснулись моего носа: – Необыкновенная. И я люблю тебя, – он выдохнул в мой рот, накрыв мои губы своими. – Очень.

От этих слов у меня в животе все кувырком, хоть он уже и говорил, что влюбился в меня еще шесть лет назад.

Но мне, наверное, понадобится какое-то время чтобы свыкнуться с этой мыслью… Друг моего брата, моя первая любовь, моя единственная любовь, отвечает мне взаимностью и хочет быть вместе!

– И я тебя люблю, Урицкий, – под шумный вдох, я обвила его шею руками и настойчиво толкнула внутрь квартиры. Этикет, конечно, хорошо, но какой в нем смысл, если у нас вся жизнь впереди?

Эпилог

Два месяца спустя

– Пожалуйста, скажи мне, что это последняя коробка! – взмолился Глеб, появившись в сотый раз за сегодняшнее утро на пороге моей квартиры.

Хотя, уже с завтрашнего дня своей я ее называть не смогу.

Несмотря на то, что Карина довольно стабильно обеспечивает меня заказами, я решила переехать в квартиру попроще, тем более, что все равно большую часть времени ночую у Урицкого. Он, конечно, как истинный джентльмен предложил мне переехать сразу к нему, но я решила повременить с этим и арендовала однокомнатную квартиру в районе попроще.

Хотя, подозреваю, что она станет чем-то вроде рабочего цеха для меня, а большую часть времени я все равно буду проводить с Глебом.

Сначала я даже переживала, что он может обидеться на отказ, но… мы поговорили и расставили все точки над и. Боже, как же это, оказывается, приятно, когда можно просто поговорить друг с другом, на оставив себе шанса на “додумывания и предположения”. И я очень горжусь нами за то, что мы с ним к этому пришли!

Я объяснила ему, что хочу снять отдельную квартиру не потому что не уверена в наших отношениях, тут, наоборот, никаких сомнений у меня не было, а потому что мне тяжело дался уход из зависимости от отца.

Я хотела доказать самой себе, что смогу добиться чего-то без финансовой помощи со стороны. Мне, которая, всю жизнь тратила исключительно папочкины деньги, это было очень важно."

"И Урицкий мало того, что не возражал, но и поддержал меня.